И тогда она поняла, что тюрьма изменила ее навсегда.
Потому что в тот момент Халани пожалела, что не отравила вино и не убила всех их.
21 Я видела самую жестокую и кровопролитную войну, и шла она в моем сознании
Халани ковырялась в еде. Коричневая смесь растекалась по тарелке так же, как бессвязные мысли в ее измученном разуме. Беспорядочные и хаотичные.
Проницательный взгляд Губернатора внимательно следил за ней, как будто она была головоломкой, которую он хотел разгадать.
Оглушительное эхо выстрела прокатилось по прекрасным просторам, предупреждая о жестоких последствиях тех, кто посмеет выйти за рамки дозволенного.
Тело Уайата распласталось на горе мусора, словно сломанная кукла, уставившись в пустоту.
Ужасные воспоминания снова обрушились на нее, и Халани не смогла от них избавиться.
– Ты в порядке, Халани? Что-то ты позеленела. – Голос Адана прорвался сквозь ее мрачные мысли.
Адан и Дерек с беспокойством смотрели на нее.
– Да, я в порядке, – тихо ответила Халани, по-прежнему не притрагиваясь к еде.
К горлу подкатила желчь, и после первой же попытки что-то съесть ее едва не вытошнило. Слабый голос Александра Хаксли, как ей показалось, скользнул по коже, как будто губернатор навис над плечом и дышал ей в самое ухо:
От этой чумы невежества так и не удалось избавиться…
– Эй. – Дерек коснулся ее плеча, возвращая в реальность. – Хочешь поговорить об этом? О том, что произошло там, наверху? – Он указал пальцем на потолок.
Халани открыла рот, но не нашла подходящих слов.
Как описать место, воплощавшее в себе не только ее самые ослепительные фантазии, но и самые немыслимые ужасы?
Генезис был адом, замаскированным под рай, скрытый куполом мнимой безопасности.
Ложь. Все это ложь. От начала и до конца.
Никто не был в безопасности, даже Совет. Губернатор играл человеческими жизнями.
– Мы нашли его. – Халани опустила голову.
– Кого?
– Уайата. Губернатор приказал убить советника прямо во время ужина. И мы обнаружили тело в мусорном контейнере. Никто даже не заступился за него, – прошипела Халани.
– Вот дерьмо, – пробормотал Адан.
– Потом мы прятались в кустах, пока стражники шутили о расправе над невинными людьми. Они даже хвастались, как пытали и убили какого-то ученого, который говорил о неурожае. Конечно, тот был сумасшедшим, но они готовы убить кого угодно. Они все чудовища.
При воспоминании об этом Халани сжала руки в кулаки, желая выместить всю свою злость на ближайшем стражнике. Следующая тренировка с Такеши точно будет не из приятных.
– Что ты только что сказала?
Халани повернулась к Дереку, который смотрел на нее широко раскрытыми глазами, замерев на месте.