1 Если бы жизнь измерялась в усвоенных уроках, я стала бы бессмертной. – Халани Кейнс
Кто бы первым ни сказал, что «дальше падать некуда», он явно солгал. Всегда может стать хуже. Всегда. Можно провалиться еще глубже сквозь трещины и расщелины, потому что не существует настоящего дна, которое остановило бы падение в пучину несчастий.
Халани Кейнс знала это, как никто другой.
Тяжелые кандалы натирали запястья и лодыжки. Каждое движение отдавалось жгучей болью там, где холодный металл соприкасался с кожей, однако ее внимание было сосредоточено на возвышающейся платформе в центре.
СПРАВЕДЛИВОСТЬ ВОСТОРЖЕСТВОВАЛА
Слоган города Аполлон, глубоко высеченный на каменном помосте, издевательски насмехался над ней. В этом искаженном адском городе справедливости не существовало. Особенно для тех, кто в ней больше всего нуждался. Ее превратили в оружие задолго до рождения Халани.
Огромный стражник с глубокими шрамами на лице резко остановил ее в зале суда. Вдоль стен широким кольцом горели факелы, чьи мерцающие тени, скользящие по камню, создавали зловещую и пугающую атмосферу. Но видимо, так и было задумано.
Охвативший Халани ужас оказался настолько сильным, что чуть ли не стал осязаемым. Она чувствовала его горьковатый аромат, даже ощущала вкус на сухих губах. Ее легкие расширились, чтобы вобрать больше кислорода, но даже воздух был отравлен сожалениями, грехами и криками тех, кто погиб на том же самом месте, где ступни ее дрожащих ног будто вросли в пол.
Топ. Топ. Топ. Топ.
Услышав звук шагов, она подняла взгляд.
К помосту приблизился крупный мужчина в черной мантии. Его лысая голова отражала свет даже в полумраке пещеры. Стражники рядом с Халани застыли, выпрямив спины.
В зал суда зашел Верховный судья.
Он хмуро оглядел помещение, и взгляд задержался на Халани. Ее тело сжалось, словно стараясь стать как можно меньше и незаметнее. Если бы взгляд мог убивать, ее конечности уже были бы изрублены на куски и брошены в костер.
Судья застыл в терпеливом ожидании, возвышаясь над ней.
– Вы знаете, что это, мисс Кейнс? – спросил он, держа в руках знакомую ей черную книгу. На бледной коже между его бровями четко виднелся шрам в форме буквы «Х».
Халани нервно потерла пальцы, и наручники немного сдвинулись с запястий. Она не могла вымолвить и слова, будто ей вырвали язык.
– Это предательство, – продолжил Верховный судья. – Тягчайшее преступление против города Аполлон. С кем вы поделились этой информацией?
Халани в недоумении посмотрела на него. Они не знали…
Слабые мышцы спины задрожали под тяжестью выбора, которого у нее на самом деле не было. Халани уже знала, что должна делать.