— Мы учуяли-выследили в лесу людишек, — торопливо заговорил один из них. — Мало-немало людишек, которые везли много-много странного мяса в норе на колесах. Мы попытались добыть еду-корм из норы на колесах.

От нетерпения глаза Танкуоля сузились. До всей этой ерунды ему не было дела.

— Что помешало вам украсть еду? — требовательно спросил он и ударил посохом извивавшегося на земле скавена.

Новый вопль боли возымел желаемое действие. Второй падальщик сумел закончить свой рассказ довольно быстро.

— Нас увидела самка! — закричал он. — Призвала-кликнула много-много людишек! Они сразили-убили многих-многих! Куча-куча умерли-умерли от одноглазого и гномишки!

Танкуоль еще раз ударил лежавшего на земле скавен и медленно подошел к разговорчивому падальщику.

— Это сделали с вами человечишко и гном? — прорычал он и поднял палец, чтобы подчеркнуть свои следующие слова. — С одним глазом?

Падальщик был уже настолько напуган, что не мог говорить и лишь махал головой вверх-вниз в отчаянной попытке успокоить грозного колдуна.

Готрек Гурниссон и его паршивый человечишко Феликс Ягер! Во имя бесконечной злобы Рогатой!

В черном сердце Танкуоля вскипела жажда мести. Серый провидец повернулся к Пакстабу, и его коготь замер перед самым носом ошарашенного варлорда.

— Собирай-приводи своих боевых крыс! — прорычал разъяренный колдун. Изо рта его капала пена. — Злейшие враги всех скавенов ранили-навредили твоим доблестным разведчикам! Вместе с твоей армией я отомщу еретикам за эти раны!

Пакстаб растерянно заморгал. Его усы задрожали, а глаза с подозрением сузились. Танкуоль с легкостью прочел мысли военачальника: он не хотел сражаться с теми, кто напал на его падальщиков. И уж точно не желал иметь ничего общего с местью серого провидца.

Прошипев заклинание, Танкуоль призвал одно из тринадцати запретных имен Рогатой Крысы и указал посохом на раненого падальщика. Изумрудное сияние окутало металлический символ на верхушке посоха, и такое же окружило обреченного скавена. Тот едва успел вскрикнуть, как его тело превратилось в дымящееся зеленое месиво.

— Мы выступаем уничтожать вражеское мясо немедленно! — закричал Танкуоль, вновь обратив пылающий взгляд на Пакстаба.

Военачальник закивал с таким рвением, которое выглядело даже непристойно. В том-то и прелесть беспричинной демонстрации магии разрушения: не приходится повторять дважды.

Танкуоль оставил Пакстаба собирать воинов. Серый провидец не сомневался, что военачальник быстро организует свои силы. В конце концов, когда они нападут, Пакстаб будет рядом. И все, что случится с серым провидцем, случится и с военачальником.