все еще текла по его венам. С писком удивления и боли любопытная крыса взорвалась вспышкой огня и дыма. Серый провидец тут же пожалел о своем поступке — голова стала раскалываться изнутри. После того как он напряг магические силы, чтобы скакнуть подальше от гномьих залов, Танкуоль знал, что лучше поберечь магию. Он винил иррациональную ненависть и злобу гномов за то, что они заставляли его нервничать. Именно их маниакальная мстительность заставила его злоупотреблять силами, произнося такие мощные заклинания без должных приготовлений и церемоний. Разве не было свидетельством его мастерства в тайных искусствах, что даже при таких печальных обстоятельствах он смог успешно войти в эфир и подчинить его своей воле. Не столь великий скавен телепортировался бы прямо внутрь каменной стены. Но там, где такой беспомощный бедолага погиб бы, Танкуоль преуспел, вновь материализовавшись в сырых проходах Костенычки. На тот случай, если Рогатая Крыса сыграла некую малозначительную роль в его спасении, Танкуоль сделал когтями знак Рогатой и пробормотал благодарственную молитву. Также он ударил комлем посоха ползучую крысу, предлагая ее кровь Кровавому Богу. В конце концов, существовал шанс, что сущность Скарбранда задержалась где-то поблизости, и не было никакого смысла напрасно враждовать с демоном. Помолившись, серый провидец поспешил вниз по тесному туннелю. Возвращение в Скавенгниль будет долгим и далеко не приятным. У него не было рабов, чтобы нести ему провизию, не было стражи, чтобы защитить его от гоблинов, пауков и множества других ужасов подземного мира. Хуже того, у него даже не было достаточно искажающих жетонов, чтобы купить то, что ему нужно. Действительно, учитывая осколки искажающего камня, которые он использовал для подпитки магии, сейчас серый провидец был еще более нищим, чем когда покинул Скавенгниль! Танкуоль заскрежетал клыками при этой мысли. Он сердито ткнул пальцем в черную крысу, выковыривающую глаз из черепа штурмовика. Крыса разлетелась на части во вспышке зеленого света. Серый провидец застонал, чувствуя, как усиливается головная боль. Они все виноваты, эти коварные трусы, которые думали воспользоваться славой величайшего героя скавенского мира! Критислик и Икит Клешня, Квик и трижды проклятый Скраекуаль, Сникч и этот обезглавленный опарыш Риккит… Мысли Танкуоля прервались на полуслове. Риккит Клыкощелк! Ну конечно! Этот жадный мелкий хорек никогда бы не вернулся в Костенычку без веской причины. У него, само собой, была отличная причина, раз он