Словесными перепалками и моим обаянием, всё же добился того, что девушка приняла цветы и пошла ставить их в воду. Я последовал за ней.
— Это самая жестокая пытка на свете! — это был крик души, а на деле задержал дыхание.
Мало того что она практически раздета, так ещё и наклонилась. В мозгу я уже подошёл к ней сзади и, отодвинув мешающую ткань шортиков, входил на всю длину. В реальности, я как маньяк пялился на её попку и мечтал о том, как податливое тело извивается в моих руках. Её спасло лишь то, что она быстро достала трёхлитровую банку для цветов. Потому что моё самообладание летит к чертям.
Оставила одного посреди маленькой кухни. Не выгнала и то хорошо. Переступив с ноги на ногу, решил действовать. Чайник поставил на плиту, заглянул в холодильник, надеясь найти, что-то съедобное. Мне повезло. Я нашёл кастрюлю борща, сметану и половину булки серого хлеба, которая всё ещё в упаковке.
— Ну что же. Проверим, какая ты хозяюшка. — себе под нос проговорил я и, достав две тарелки, налил в них суп.
К тому моменту, как Анфиса вернулась на кухню, её ждал полностью накрытый стол. Не поленился, даже ложку сметаны в борщ положил. Чай уже исходил паром в кружках рядом с тарелками. К сожалению, у неё имелся в наличии только пакетированный. Пришлось довольствоваться «пылью от чая». Хотя на самом деле я предпочитаю заваривать крупнолистовой в заварочном чайнике. Так вкус более насыщенный и терпкий.
Анфиса.
Когда я ушла от Петра в комнату, материла себя, на чём свет стоит за то, что впустила его в квартиру. Он же как сорняк, если не выдернешь с корнем, то разрастётся и задушит всё. Нельзя поддаваться на его обаяние. Хотя цветы, преподнесённые им, были неожиданностью и приятным бонусом, скрашивающим его появление. Знает шельмец, чем растопить женское сердце.
— Что происходит? — переступив порог кухни в шоке распахнула глаза и едва не открыла рот в удивлении.
— Обед. — лучезарно улыбнулся Пётр. — Пойдём есть. Так, вкусно-вкусно пахнет, что у меня слюни скоро потекут. Хотел уже самостоятельно уничтожить все твои запасы, но решил, что на сытый желудок ты будешь добрее.
— Вот точно про тебя выражение: указкою глупого Фомку не выучишь, ласкою наглого гостя не выгонишь. — всё ещё стоя в дверном проёме, проговорила ему.
— Ну вот. Я даму сердца накормить решил, а она меня поганой метлой. Не будь так сурова, давай поедим, а? — сложил ладони в молитвенном жесте этот гад.
— Ладно. — вздохнув села за стол.
— Прозвучало в стиле: ешь, всё равно выкидывать. — недолго думая он сел напротив, и уже держал в руке ложку.