— Ты нам хоть объясни, что происходит и кто здесь кто.

— На троне Повелитель Олистиниэль, рядом двое советников и охрана. Тар сказал, что это он виноват в случившемся и телохранитель лишь исполнял его приказ. Повелитель у него несколько деталей уточнил, и теперь решают, как поступить.

— А есть что решать? — удивилась я. — Все же, вроде, прояснилось.

Тем временем Повелитель спросил что-то еще, и Тар, обернувшись, показал на нас. Мы попятились, но Лис шикнул, что уже поздно и раз уж на нас сам Повелитель смотрит нужно держаться с достоинством.

— Нашедшие моего сына, подойдите сюда, — властный голос разнесся над площадью, заставив на секунду задержать дыхание.

Мы неуверенно начали продвигаться вперед. Элтар попытался прорваться к нам, но его не пустили через оцепление.

— Вы куда? — неожиданно зашипел Лис нам в спины, когда до трона оставалось метров десять, а охрана предупреждающе положила руки на оружие. — Ближе нельзя подходить.

— Мы-то откуда знали? Предупреждать надо! — шепотом зло ответила я, остановившись. — Не пятиться же теперь, пристраивайся давай.

— Я приветствую гостей Мириндиэля, — начал переводить для нас советник, стоявший по правую руку от Повелителя, — и благодарю их за то, что не позволили свершиться несправедливому суду. Они могут свободно перемещаться по столице, а в качестве наказания для юного повелителя Тариндиэля за допущенную оплошность, он будет сопровождать гостей в качестве переводчика и покажет им наш прекрасный город.

— Эх, а я надеялся, что меня прикрепят, — еле слышно расстроился Лис.

— Так сам прикрепись, мы ж тебя не гоним, — так же тихо посоветовала я.

— Благодарю всех, кто в соответствии с традицией пришел на суд. — Эльфы после этой фразы начали потихоньку расходиться. — А нашим гостям сейчас, вероятно, требуется отдых. Вам предоставят дом для проживания, вечером я жду вас на неофициальный ужин.

На этом выступление было окончено и нас тоже отпустили. Безвинно пострадавшего сняли и унесли, как пояснил Лис, в лечебницу. Тар понуро подошел к нам.

— Ты чего такой расстроенный? Успел же.

— Все равно нехорошо вышло. Не знаю, как я ему теперь в глаза смотреть буду. И за вами теперь таскаться везде. Делать мне больше нечего!

— Если хочешь перед охранником извиниться — в больнице навести. При твоем статусе это покажет, насколько ты ценишь его самого и его верность. А если не хочешь таскаться — не таскайся, нам и с Лисом неплохо. Только, по-моему, глупо упускать такую возможность.

— Какую? — хмуро глянул на меня юный повелитель.

— Ты под трибуной почему прятался? Потому что тебе на такие зрелища ходить не разрешают, а интересно?