Эрик медленно поднялся. Теперь мы стояли друг напротив друга. Два выходца из другого мира. Два игрока, которые знали правила лучше, чем местные.

— Ты играешь с огнём, Рос, — произнёс он тихо. Настолько тихо, что услышали только мы и эльфы. — Ты хочешь объявить независимость? Здесь? Сейчас? Против двух армий?

— Нет никаких двух армий, Эрик, — ответил я так же тихо. — Ты заигрался. Для меня это сделка, в которой твой долбанный босс хотел меня «кинуть». Ты рассчитывал, что мои воины сдохнут и им не придётся платить? Ты понимаешь, что Маэн уже торчит мне чуть более чем полмиллиона серебряных марок? Чем ты собрался их платить? Я не буду ждать, а заберу землёй. Больше тебе скажу… Тут каждый это понимает. Если ты мне не заплатишь, я выйду из войны, а за Газарию договорюсь с Вейраном. Я с чёртом лысым договорюсь. Вы вместе дадите мне эту землю или её дашь мне ты, или её дадут мне они. Я вообще способен договорится с кему угодно, способен даже не договариваться и всё равно удерживать за собой регион силой, потому что любой кто попробует оспорить моё право на герцогство столкнётся с необходимостью перебросить войска через Бесплодные земли, а потом сражаться со мной в горах, а у меня там уже живут дружелюбные орки.

— Плата за предательство?

— Просто плата. Просто моё. Я забрал это себе и обратно не отдам. Просто то, что мне причитается.

— И что же тебе причитается? — в его голосе проскользнула усталость.

— Статус. Признание границ моего герцогства. И право голоса не как «верного вассала», а как партнёра.

Генерал Бруосакса ударил кулаком по столу. Латная перчатка звякнула.

— Да кто он такой⁈ Вышвырните этого наглеца! Мы не будем вести переговоры с бандитом!

Всё это время у меня в руках были ножницы. Когда он это сказал, я оттяпал ножницами Газарию и вернул на стол карту уже без неё.

— Сядьте, генерал, — неожиданно жёстко произнёс Вейвлиод. — Герцог Голицын находится здесь по моему приглашению. И он представляет силу, которая контролирует одну шестую часть города. Игнорировать это — значит игнорировать реальность.

Генерал поперхнулся воздухом, но промолчал.

Эрик усмехнулся. Уголок его рта дернулся вверх.

— Хорошо, — сказал он громко. — Допустим. Мы готовы назначить Вас герцогом Газарии. Однако, согласно прямому указу Его Величества короля Назира Четвёртого, все пленные благородного происхождения, захваченные в ходе данной кампании силами Маэна или союзных подразделений, переходят в исключительную юрисдикцию короны, — Эрик достал из-за пазухи свёрнутый пергамент с королевской печатью и бросил его на стол. Свиток покатился, разворачиваясь и демонстрируя тяжёлую сургучную блямбу.