— Вы подписали?
— После второго пересчёта.
— Сработало?
Феллер пожал плечами:
— Через год пациент пришёл на контроль. Узел был живой и без третьей опоры. Если вы хотите услышать, что Вейн был гений, то нет. Он просто посмотрел на задачу правильно, а мы сначала смотрели удобно.
Метод был знаком слишком хорошо.
Три коротких направляющих канала у Змея. Ступенчатая разгрузка у Колокола. Ассиметричное перенаправление роста у Гончей.
И восемь лет, когда я учил Саэля не держать ткань силой там, где можно заставить её держать себя.
Однако я не позволил этому стать окончательнымответом:
— Такой принцип был редким? — спросил у биомеханика.
— Нет.
— Почему нет?
— Умные люди до него доходили и раньше. Глупые потом называли школой, продавали курс и рисовали своё имя на схемах. В биомеханике вообще трудно запатентовать мысль «не делай живое ленивым».
— Значит, это тоже ничего не доказывает.
— Вы всё время хотите, чтобы отдельный признак что-то доказал.
— Как раз наоборот:стараюсь, чтобы не доказал.
Феллер прищурился.
— Тогда вы задаёте правильные вопросы очень подозрительным способом.
— Что ещё вы помните о Вейне?
— Что был неприятно спокойным.
— Это характеристика или наблюдение?
— Наблюдение. Я повышал голос. Он — нет.
— Почему вы повышали?
— Потому что он пришёл без нормальной публичной биографии и за двадцать минут начал ломать конструкцию, за которую отвечал я.
— И вы ему это сказали?
— Разумеется.
— Что он ответил?
Феллер помолчал.
— Не помню точно. Что-то про ответственность за функцию, а не за схему.
Это уже было слишком близко к тому, что мог сказать любой хороший специалист. Я пропустил.
— Молодой человек с третьей опорой. Вы его знали?
— Стажёр из местной клиники. Имя не помню. Потом ушёл в протезирование.
— Он спорил с Вейном?
— Сначала со мной. Потом с ним.
— О чём?
— О том, что без третьей стойки конструкция выглядит ненадёжной.
Феллер произнёс последнее слово и замолчал.
На экране ничего не происходило. Архивариус держал обещание и не заполнял паузу подсказками.
Феллер посмотрел куда-то за камеру:
— Забавно.
— Что?
— Я, кажется, вспомнил, почему запомнил этого мальчишку. Он сказал Вейну: «С третьей опорой мне спокойнее». Именно так. Не «надёжнее», а «мне спокойнее».
Феллер усмехнулся краем рта:
— Вейн посмотрел на стойку, потом на него и спросил: «Она нужна ткани или тебе?»
В моей памяти всплыл эпизод.
Саэль стоял у полевой рамы на Дар-Каннуре, ещё слишком молодой, чтобы не стыдиться сомнений. Он поставил лишнюю опору под тонкую грудную мембрану местного летуна. Ткань была уже мёртвой, но должна была сохранить естественную геометрию до фиксации. Саэль добавил распорку, потом ещё раз проверил угол.