3:51.
— Зафиксировать вывод? — спросил Архивариус.
— Сначала формулировку.
— Искусственная перестройка сенсорной короны усиливает естественную чувствительность Portavenator nivalis к портальному и аномальному резонансу.
— Хорошо.
— Второй вывод: вмешательство использует сочетание коротких направляющих каналов, ступенчатой разгрузки и асимметричного перенаправления роста, ранее обнаруженное у Vitros Serpens, Cryocampana europaea и в поздних работах Саэля Орна.
Я посмотрел на цифры таймера.
3:12.
— Добавь: геометрия не копирует ни одну известную работу.
— Добавлено.
— И ещё: перенос принципа выполнен на другой анатомии и другой функции.
— Добавлено.
— Исполнитель неизвестен.
Архивариус задержался на долю секунды.
— Добавлено.
2:41.
Власова молчала. Правильно.
Сейчас мне не нужен был вопрос о Саэле.
Проверил фиксацию каждого сектора и снял второй контрольный образец.
1:58.
Геометрия — девяносто один процент. Проводимость — не сохранялась полностью, но карта каналов оставалась читаемой.
1:21.
Последний сосудистый участок перестал реагировать на давление. Дальше можно было только фиксировать то, что уже получилось.
0:47.
Закрыл внешний контур.
0:18.
Архивариус провёл финальное сканирование.
0:00.
Таймер исчез.
Корона осталась. Целой. Я сел прямо на пол.
Теперь плечо получило право на упоминание.
— Повреждение правого плечевого комплекса увеличилось, — сообщил Архивариус.
— Насколько?
— Пока без окончательной диагностики. Функциональный диапазон снижен приблизительно на девять процентов относительно состояния перед выходом.
Власова подняла мембрану. Она вошла одна, посмотрела на тело Гончей, потом на разрушенную сеть и вмятину в стене.
— Живой захват не получился, — констатировала она.
— Нет.
— Но вы пытались.
— Это вносить в отчёт не обязательно.
— Обязательно. Устранение разрешалось только после подтверждения угрозы.
— Тогда напишите, что цель дважды разрушила средства удержания и начала прорыв к действующему узлу.
— Так и было.
Она посмотрела на корону.
— А это?
— Это причина не утилизировать тело.
Артур появился в канале связи через минуту:
— Мне сказали, ты жив.
— Источник ненадёжный.
— Что случилось?
— Ваш специалист вызвался быть приманкой, — сказала Власова.
Артур обратился ко мне:
— Я даже не буду спрашивать.
— Хорошее решение.
— Контракт?
— Угроза устранена. Живой захват сорвался. Биологический материал имеет доказательную ценность. Понадобится отдельное оформление на полевую консервацию и лабораторный доступ.
— Это я умею.
— Поэтому у тебя комиссия.
Артур вздохнул:
— Иногда мне кажется, что ты говоришь это из привязанности.