— Да, звучит знакомо, — согласился я, снимая кашу с плитки и ставя на её место чайник. — Но я не знаток. И как, умер?

— Я так и не поняла. Так-то в процессе много кто умер, даже меня пару раз чуть не грохнули, но где там мистика, а где просто власть делили, хрен их разберёт.

— Хоть поделили? — я подал ей миску и ложку.

— Ну, так-сяк. Видимо, не до конца, придётся переделивать.

— А, ну да, — кивнул я, — у нас тоже постоянно недовоёвывают, и через какое-то время приходится перевоёвывать по новой. Люди, похоже, везде одинаковые.

— Ничего, что я тебя в это втягиваю? Ты вроде говорил, что навоевался?

— У меня теперь снова две ноги.

— Я серьёзно.

— А если серьёзно, то мне важна только ты. Куда ты, туда и я. Воевать так воевать. В конце концов, это одна из немногих вещей, которые я умею.

— Я уже говорила, что ты зря в меня влюбился?

— Несколько раз.

— Тогда добавить мне нечего. Ладно, давай чаю попьём и спать. Вымоталась, ты себе не представляешь как.

— Не спишь? — спросила она через полчаса.

— Не могу уснуть, — признался я, — слишком тихо. Я, когда демобилизовался, какое-то время вообще не спал, представляешь?

— Почему?

— Тишина. На войне всё время что-то грохочет, но спишь хорошо, потому что фон. А если всё затихло, то подскакиваешь, потому что затишье не к добру. Потом постепенно прошло, но иногда бессонница мучит. Особенно, когда тихо, как тут.

— Да, в этом срезе как-то совсем мёртво. Даже мне не по себе. Или просто слишком устала, не могу расслабиться. Знаешь, что?

— Что?

— Расстегни спальник. Попробуем помочь друг другу.

Вжикнула молния, ко мне прижалось тёплое женское тело, я обнял её и удивился:

— Блин, у тебя аж ребра торчат! Ты как будто килограммов пять потеряла за день!

— Вот такой оригинальный метод похудеть, — фыркнула она. — Имеются противопоказания, проконсультируйтесь у специалистов. Что, уже не хочешь, что ли? Слишком худая?

— Сейчас покажу, как я тебя «не хочу»! — ответил я, стягивая с неё футболку. — Ты ещё пожалеешь о сказанном!

И показал. И она не пожалела, конечно. Но спалось нам потом хорошо.

— Опоздали, что ли? — Аннушка ударила по тормозам, «Чёрта» слегка занесло, и мы остановились посередине проезда, не доехав до растерянной компании корректоров.

— Ну, вроде все живы, — успокоил я её, — остальное поправимо.

— Лиарну не вижу… — девушка вылезла из машины, покачнулась и чуть не упала. Пришлось опереться бедром на крыло. — Ох, эта поездочка долго мне икаться будет. Эй, молодёжь, что тут у вас творится?

— Ты не поверишь, — сказал, подходя к нам, Сеня, — нам было явление.