Шучу я, конечно. Как ни странно, князя сложно назвать скрягой. Я думаю, он не дал мне денег, потому что поиздержался, покупая маме дорогие подарки. Да, на драгоценности для неё он не скупился, и я это отметил.

Вообще они как-то уж очень по-особому друг на друга смотрели, особенно перед отъездом Багратиона в войска.

В последние дни у мамы вообще глаза были на мокром месте, да и Багратион особо радостным не выглядел. А все потому, что мама, как оказалось, снова забеременела. Токсикоз и все сопутствующие признаки тому доказательство. И, что самое обидное, я похоже был последним, кто об этом узнал, причём это не кто-то мне сказал, а я увидел, как маму начало тошнить от некоторых продуктов.

Нет, так-то дело житейское, и люди они взрослые, наверное, сами разберутся со своими проблемами, но я все равно не удержался и как бы невзначай поставил князя в неловкое положение, задав маме вопрос так, чтобы он слышал.

— Мама, а у меня скоро будет братик или сестричка, да?

Мама смутилась и сначала хотела, наверное, сказать, что-то типа «ничего подобного!», потому что даже успела головой покачать, но, видимо, в последний момент передумала и ответила как есть:

— Да, сынок, бог даст, скоро будет.

— Вот здорово, два бастарда лучше, чем один, — бросил я и унесся по своим делам, делая вид, что не заметил князя и его реакцию.

Представляю, как он себя чувствовал. А потому что нефиг! Женись, а потом детей наживай, а то взял моду получать все на халяву.

От этой мысли настроение резко подпрыгнуло и я почувствовал себя чуть не всесильным. Интересно же манипулировать взрослыми, которые считают тебя ребёнком. Представляю, как там сейчас князю приходится, я ведь уловил прищуренный мамин взгляд, украдкой кинутый в сторону князя. Думаю, мало ему не покажется, помню ведь, что такое беременная жена. И пусть мама ещё не жена, но что-то мне подсказывает, что это ненадолго. Никуда Багратион не денется, обуздаем и заставим пахать за двоих, на наше благо, конечно. Нефиг тратить деньги на всяких женщин не слишком тяжёлого поведения, как это было в прошлом моем мире. Я ведь читал, какой у него там была жена, врагу такую не пожелаешь. Он, конечно, тоже был хорош, запав на юную девушку, но все же…

Расставание с князем и проводы его в путь выдались сложными. Не только потому что мама плакала, но и потому что отец сунул мне втихаря приличную такую пачку ассигнаций, впервые по-настоящему обнял и прошептал:

— Береги маму, сынок.

Меня, блин, семидесятилетнего циника, проняло совсем не по-детски, всё-таки тело моё молоденькое играет свою роль, а иначе откуда слезы, а тем более такая мысль: «а он лучше, чем я думал».