— Снимите с меня эту гадость!
Вальдер весело рассмеялся.
— Ну право, граф, это даже смешно! Человек вашего рода деятельности не может позволить себе подобную наивность!
— О чём вы⁈
Сыскарь перевернул пленённого капрала на спину и сказал:
— Рассчитывать, что вас отпустят, просто глупо.
— Вы дали слово!
— Чего стоит обещание по сравнению с присягой? Мой долг выпотрошить вас, дорогой граф, и узнать всё, что знаете вы.
— А как же племянница?
— Что-нибудь придумаем, — пожал плечами верзила и отвесил оплеуху очнувшемуся капралу. — Но в Марну она поедет только через мой труп. Герцог слишком обеспокоен возможным скандалом, он даже не понял, что едва не очутился на крючке у тайной службы Стильга. Вы ведь на них работаете… граф Сольгрев?
— Вздор! Больше не рассчитывайте на мою помощь!
— Вы уже сыграли свою роль! — рассмеялся Вальдер, прижал к земле взбрыкнувшего наёмника и позвал плюгавого: — Гус! Помоги, быстро! Берн, тащи кандалы!
Я обречённо выдохнул и уставился в небо. Мне было нехорошо.
Паршиво мне было и тоскливо. Вот же угодил как кур в ощип!
Безостановочно кашлявший Берн принёс кандалы, вернулся на козлы и в изнеможении развалился на них. Столкновение с лошадью даром не прошло, и вид у хмыря был откровенно пришибленный, он даже не стал помогать крутить капрала. А наёмник отбивался столь яростно и ругался так громко, что я решился испытать судьбу. Скользнул за карету, накинул цепочку кандалов на шею Берну и рывком завалил на спину. Тот захрипел и забрыкался, но мне без особого труда удалось стянуть его с козел и заволочь в кусты.
Ключ! Мне нужен был ключ от кандалов!
Худощавый парень оказался неожиданно вынослив и никак не терял сознания, я усилил хватку, стягивая цепь, и тут сбоку хрустнула ветка. Только начал поворачиваться, и в глазах вспыхнули звёзды, а взорвавшаяся в голове боль одним махом забросила во мрак забытья!
Или прямиком в Бездну?
Очнулся в карете. Один глаз заплыл, губы опухли, рассечённый висок пульсировал болью, из носа текла кровь. Отделали меня от души.
Я уселся на сиденье и обнаружил, что правая рука прикована к железной скобе.
Бесов праздник! Как уже успел убедиться, попытки оторвать ту от стенки были пустой тратой времени.
Проклятье!
В лесу царила тишина, лишь стрекотали кузнечики и пели птицы. Я выглянул из кареты и обнаружил, что кругом никого нет. Ищейки Святого сыска отправились на поиски Флоренс, и, если не успею освободиться до их возвращения, — не спасёт даже заступничество Всех Святых.
Я упёрся ногой в стенку и со всех сил потянул на себя руку. Запястье обожгла нестерпимая боль, из глаз потекли слёзы, но я продолжал дёргаться и рваться. После особо яростных рывков едва не проваливался в забытьё, и всё же попыток освободиться не оставлял.