Слава повернулся, посмотрел на меня мрачно, затем его глаза пожелтели, а зрачок превратился в полоску, и он произнес:

— Хорошо. Если сможешь прямо сейчас выйти из моего дома, сама, на своих двоих, и ни разу не потерять сознание, то можешь быть свободна. — Миша с удивлением взглянул на брата, хотел уже что-то ему возразить, но Слава смотрел лишь на меня. — Приступай, у тебя десять минут, — добавил он.

Я же, развернувшись, быстро пошла на выход.

Это был мой шанс.

Но внутри всё противилось, и почему-то было больно. Словно меня пытались макнуть, как маленького котенка, в лужицу носом вместо того, чтобы просто объяснить, где на самом деле ходить в туалет.

Мои ноги тряслись, как и руки, но я открыла дверь и, выйдя, тут же столкнулась с кучей народа.

Голова опять закружилась, и мне стало дурно. Так и хотелось заорать: «Какого хрена вы тут все делаете?»

Пошатнувшись, я начала заваливаться, но из последних сил схватилась за дверь и буквально повисла на ней.

Миша стоял уже рядом и смотрел на меня с тревогой.

Я прикрыла глаза и спросила:

— Десять минут еще не прошли?

— Нет, — ответил он.

— Скажешь, как пройдут.

— Скажу, — тихо ответил он.

А я, открыв глаза и стараясь почти не дышать, буквально вцепившись в стену, пошла вдоль неё.

Люди расходились в стороны, почему-то смотря на меня с легким удивлением. Пока одна из девушек не загородила мне дорогу, просто небрежно прислонившись к стене.

Она смотрела на меня с вызовом и легким злорадством, и я по инерции вдохнула в себя воздух, и мне опять стало дурно.

Это был не какой-то там смрад или запах пота. Нет, это было другое. Я не могла даже идентифицировать, что именно. Мне просто было плохо от него. Точнее, от них. Слишком много, слишком разные. Слишком…

Голова закружилась уже сильнее, в глазах потемнело, а я начала оседать на пол.

Миша дернулся и хотел меня подхватить, но я успела выставить руку и прошептать:

— Сколько времени прошло?

— У тебя есть еще восемь минут, — ответил он.

— Хорошо, — нервно усмехнулась я и, встав на четвереньки, поползла.

Он еще не знает, с кем связался. Я докажу, что способна выйти сама.

Обошла ту девушку, что так и не сдвинулась с места, и продолжала ползти дальше.

Радовало то, что мы находились на первом этаже. Только в узком коридоре. И мне предстояло проползти его, а затем попасть в гостиную довольно приличных размеров, где народу было еще больше.

Но мне путь никто не загораживал, и все расходились в стороны.

Да только моих сил становилось всё меньше и меньше. Голова кружилась, в глазах двоилось, меня штормило из стороны в сторону. Мой вестибулярный аппарат отказывался работать. Но я все равно продолжала ползти. Когда добралась до входной двери, то поняла, что просто не смогу её открыть. Слишком тяжела она была даже на вид. Но кто-то из мужчин подошел и сделал это. Это точно был не Миша, его светлые брюки я видела, а этот был в джинсах. Поблагодарить его не было сил, я продолжила свой нелегкий путь.