Зато Миша не унимался:

— Лера, мы мужчины. Слава — альфа стаи. Я — бета, его заместитель. Нам положено решать за других. К нам целыми семьями приходят и просят, чтобы мы это делали. Указывали им, как жить, понимаешь? Нашим людям так легче. Но при этом на нас ответственность. Мы не просто так это делаем. Мы смогли это доказать. А ты — наша истинная. К тому же теперь ты — оборотень. А по законам нашего мира, ты не имеешь права жить сама по себе, если не докажешь, что ты — альфа. И можешь справляться со своими инстинктами. И если не с нами, тогда тебя заберет дед в свою стаю. И выбора у тебя не будет.

— То есть, пока была человеком, никому не была нужна, а стала волчицей, так сразу же нарасхват, — хмыкнула я. — Это ли не доказательство, что я вполне способна прожить самостоятельно?

— Нет, — качнул головой Миша. — Чтобы доказать, что ты способна жить самостоятельно, существует специальный совет. Они определяют это.

— И как же? — навострила я уши.

— Если ты способна не подчиниться силе своего альфы, тогда ты признаешься альфой и можешь уже сама определять свою будущую судьбу.

— Какое-то безумие, — выдохнула я и добавила: — И вообще, какая я волчица? Что-то не тянет меня превратиться в неё. Как это вообще делается?

— Тебе достаточно мысленно представить себя ей — и ты ей станешь, — ответил Слава.

— Ладно, сейчас попробую, — пробормотала я.

Зажмурилась и попыталась мысленно обратиться к кому-то там, но что-то так ничего и не почувствовала. Даже минимального шевеления.

Открыла глаза и, приподняв бровь, посмотрела на мужчин.

— И где? Ничего не ощущаю.

— Ты — омега. И сама теперь не сможешь обращаться, — ответил Миша. — Только по приказу от более сильного. И скорее всего, будешь себя терять. Разум свой терять, — тут же пояснил он на мой вопросительный взгляд. — Но это надо еще проверять.

— Почему? — в шоке уставилась я на мужчин.

— Слишком долго была запечатана, — ответил Слава. — Теперь ты тем более не сможешь жить одна. Тебе просто никто не разрешит. Омеги — самые слабые и опасные члены стаи. Твоя волчица может вылезти в любой момент, от тебя не зависящий, и начать нападать на обычных людей из страха. Как это сделал бы любой зверь. Теперь тебе вообще закрыта дорога к людям. Омеги всегда живут на территории стай.

— Это такая шутка? — просипела я.

— Нет, — качнул головой Слава. — Это правда.

Он встал и, отойдя к бару, достал оттуда спиртное. Налил к себе в бокал и залпом выпил, даже не поморщившись.

Миша смотрел на меня с жалостью. Как будто я опять стала инвалидом.

— Вы всё врете! — рявкнула я и, превозмогая странную усталость, встала на ноги. — То, что я не могу сама обратиться в волчицу, ничего не значит! Я и раньше не могла это сделать! И ничего, жила же прекрасно.