— Если кто-то что-то знает, то самое время вам начать говорить, ребята. Чем он болел? У меня есть все ваши дела и ни в одном не было таких страшных болезней или особенностей!
Народ пожимал плечами, все переговаривались, но всё свелось к одному — никто ничего не знает. Здесь даже имен одноклассников ещё никто не знает, не говоря уже об остальном.
И тут Боб толкает меня в локоть.
— К-кажется, это я… Это я в-виноват…
Толстяк, не моргая, смотрел на иссохшее тело одноклассника.
Прибывшие медики аккуратно уложили пострадавшего на носилки, после чего накрыли прозрачным энергетическим пузырём и подняли в воздух. Медицинская транспортировочная капсула. Позволяет замедлить метаболизм, понизить температуру и давление. Сохраняет больного будто в консервации.
А Боб, тем временем, всё ещё не моргал. Смотрел вслед уплывающей капсуле с иссохшим одноклассником и еле пошевелил губами.
— Это я… я виноват…
* * *
Глава 7 * * *
После занятий мы сидели в столовой. Боб рассказал о своих «потасовках в туалете», но вместо того, чтобы праздновать первые в жизни победы, винил себя и упивался муками совести.
— А если я — это Мор? — толстяк поправил очки, помешивая ложечку в кружке с дымящимся горячим чаем.
— Мор? Это тот, который один из всадников апокалипсиса, что ли?
— Угу… Мор, Чума… Его п-по разному называли…
Каждый сверх в прошлой жизни был кем-то великим, как говорила Лина Васильевна, и вполне возможно, что кто-то из нас правда был божеством, но что-то я слабо верю, что вот этот пирожок с трясущимися щеками мог быть не просто «кем-то», а всадником гребаного апокалипсиса.
— Хах! — я поперхнулся булочкой, просмеялся, запил чаем и сказалю — Прости, но на реинкарнацию Мора ты не тянешь. Будь ты им, уже б вся общага передохла от болезней. Так что перестань зря себя винить. И вообще… — я повел рукой в воздухе. — Куда делся тот бесстрашный Боб, который хотел руки бензопилой отпиливать?
— Д-да это я так… На эмоциях б-был просто… — в конце Роберт еле заметно улыбнулся.
— В конце концов, тот паренек поваляется в мед блоке, подлечится и поймет, что к тебе лучше не лезть. Ты ведь больше не тот, кем был раньше, Бобо! Две драки! И две победы! Радуйся, ты на правильном пути! У тебя даже взгляд другой стал, поживее, что ли.
Тот посмотрел на меня с надеждой и улыбнулся, затем выдохнул.
— М-может ты и прав… — и с удовольствием откусил теплую маковую булку.
— Ты мне лучше вот что скажи — какого это?
— Что? — потупил взгляд парень, прожевывая лакомство.
— Какого было дать отпор? Ты ведь никогда этого не делал.
— Ну… Я в-ведь и раньше пытался, н-но меня быстро били. Я-я не успевал ничего сделать…