Цап! И я шмыгаю дальше…
Цап! И я растворяюсь в темноте, унося жалкую добычу.
Цап! И вот меня уже нет, и лишь потревоженный камыш смыкается за моей спиной…
Цап… Цап… Цап…
Я провалил немало попыток — вот только никто меня не преследовал. Максимум, что я получал от жертв — грозный матерный рев и обещание отыскать наглеца и превратить его в рыболовную наживку. Но никто не прекратил своего занятия и не бросился за мной следом. И все по той же причине — я атаковал только удачливых рыбаков и только в тот момент, когда они прилагали все усилия к тому, чтобы вытащить чешуйчатого красавца из темной воды.
Когда я пошел на третий круг, кто-то все же стуканул страже. И вскоре на моем пути выросли три грозные фигуры с копьями и парой фонарей на шестах. Безбоязненно ступив в световой омут, я приветственно и устало улыбнулся уже знакомым парням.
— Случилось что, ребят?
— Вор объявился в поселении, — грустно поведал мне рыжий Борродус. — Будь осторожен, Шмыг.
— Буду, — кивнул я, с трудом удерживая на плече охапку жердей, которые я с помощью стоящего за моей спиной пыхтящего пузатенького хозяина тащил к строящемуся сараю. — Хотя чего у меня красть?
— Будьте осторожны и бдительны, — повторил страж, и деревенские блюстители порядка потопали дальше.
К этому моменту у меня было уже +2 к репутации с поселением, меня знала здесь почти каждая собака — буквально — и пусть меня тоже вполне можно было заподозрить в чем-нибудь, я все же не был самым подозрительным из всех. И главное — я не трогал карманы «местных». Я вообще ничего не трогал из их имущества — разве что только с разрешения и всегда возвращая на место.
Стражи ушли. А мы потопали дальше, беседуя о трудностях выращивания кроликов-несушек. Через две минуты я попросил разрешения сменить позицию. В результате добродушный пузан встал спереди, а я под его прикрытием двинулся следом и тут же совершил сразу четыре кражи, когда по узковатому мостику мы прошли мимо череды чужих спин, чьи владельцы не сводили глаз с приплясывающих светящихся поплавков и вели едва слышные беседы:
— Вчера я тут метровую щуку взял.
— Ври больше! Видел я того щучонка…
— Говорят, Латринус ловит на шарики из помета алых летучих мышей и сухого мотыля…
— Врет он все! Чтобы мы шарики из помета катали, пока он жирных сазанов вылавливает!
— Говорят, скоро в Тишке новое рыболовное состязание грядет…
— Все там будем. В этот раз я собираюсь победить…
— Куда тебе? Ты вчера окуня-то вытащить не сумел!
Цап… Цап… Цап…
И мы ушли в густую темноту, что тут же накинула на меня свое укрывающее покрывало…