К чему пустые угрозы?

Скриншот с ее изображением уже ушел на принтер, равно как и со всеми остальными ее хитрыми дружками. Хотя они не хитрые. Нет. Они подлые. Это я хитрый лисовин. А они подлые крысы, что натянули на себя серые шкурки мышиной незначительности…

Паладин Дэлруджс сделал свой выбор и двинулся к двум скалам с третьей и четвертой группой. Меня он оставил позади, явно решив заняться теми, кто представлял собой большую угрозу. А я… я одинокий израненный воришка, чья значительность упала ниже хваленых мышиных щитов. И я не собирался нападать. Я посижу здесь на камушке и понаблюдаю. Я буду ждать своего часа…

Рыжая волшебница и я встретились на миг взглядами. А затем две скалы превратились в объятые огнем крепости на воде, пытающиеся остановить наступающего на них одинокого монстра в тяжелой броне. Паладин ответил, и по ближайшей скале ударила водяная пушка. Ее удар был отражен магическим щитом. Но паладин продолжал шагать — прикрывшись поднятым щитом, двигаясь боком, он выдерживал десятки атакующих заклинаний, бронебойных болтов, стрел и разбивающихся о его доспехи сфер с дымящимся кислотным содержимым.

Я наблюдал…

Я ждал…

Я походил на какого-то неудачника и даже труса, решившего отсидеться вдали от битвы. Да и плевать. Я давно переборол свою тягу ко всемирной игровой известности. Я вор, и мне надо держаться подальше от чужого внимания — а его тут хватало. Под потолком пещеры крутилось с десяток магических шаров особого рода — что-то вроде волшебных глаз, передающих происходящее здесь на экраны для зрителей. Не знаю, сколько ленивцев сейчас за нами наблюдает, но не хочу становиться для них объектом пристального внимания. Я-то рассчитывал затеряться в дружно орущей толпе бегущих в атаку пятидесяти честных авантюристов, а тут вон как — две подлые крысиные стаи и куча погибших ни за что игроков. Так что я отсижусь… хотя меня гложет чувство такой странной и столь приятной темной мести… И, может, поэтому я то и дело поглядываю на вкладывающую в битву все свои силы рыжую волшебницу, являющуюся лидером четвертой и самой сильной, судя по всему, группы.

Шатающийся Дэлруджс упал на колено… Бьющий из рта его запрокинутой ужасной головы водный поток ударил в потолок, по пути уничтожив несколько светильников и витающих глазных яблок. Его щит нижним краем вонзился в камень пола, превратившись в баррикаду. Сгорбившись за ней, он оставался сидящим, в то время как его руки в стальных перчатках плели какой-то странный узор. Одно плетение… второе… вокруг пальцев возникло темное свечение и… паладин резко врезал кулаками в пол.