— Свечи туда и туда, — я вынырнул из ускорения, — плошку с кровью демона — туда, — и, пока Рейвен завершала ритуальную часть, вновь вошёл в ускорение и стал вход, стены, свободные участки пола и потолок буквально утыкивать оберегами, братья Винчестеры, так сказать, одобряют! Если бы это имело смысл, в семь слоёв бы всё покрыл, но увы.

*БУХ* — двери осыпались прахом, а за ними показался звероватого вида четырёхглазый четырёхметровый мужик.

— Рейвен, дочь моя, смотрю, ты решила почтить меня своим вниманием. И даже привела познакомиться друга…

— У нас десять секунд! — она разбила склянку с какой-то хреновиной, отчего мои обереги просто полыхнули. — Patakh’et shaarey haolamot, — начала зачитывать девушка первые фразы заклинания об открытии двери измерения.

— У нас целых десять секунд, — я окинул взглядом огромный зал библиотеки.

В его конце понявший, что происходит, Тригон походя разрывал мои улучшенные чародейкой обереги. Н-да, или я себя переоценил, или он стал серьёзен — за секунду демонюга заставлял «выгорать » сразу десяток ритуальных узоров. Но я наплодил их добрую сотню. И, в общем, пока моя подруга готовилась вытащить наши жопы, а её папа явно намеревался « не одобрить» кавалера, я… на его глазах принялся цинично грабить библиотеку, на ускорении запихивая всё в собственную пространственную складку. Она была поменьше, чем у Рейвен, да и временной, созданной ритуалом, и по истечении трёх дней она выплюнет всё, что в неё поместили, но… мне хватит. Так что, когда колдунья закончила и у неё за спиной открылся зловещего вида чёрно-зелёный портал, в библиотеке Архидемона не осталось ни одной книги.

— Уходим! — крикнула моя леди, с тревогой наблюдая, как рычащий от ярости Тригон преодолевает последние метры.

— Белиал передаёт привет и благодарит за подарки, уёбок! — выставив средний палец, я влетел в портал спиной вперёд, подхватывая при этом свою ворожею.

Последним, что мы услышали, были взбешённый рёв и удар когтистой лапы, что принадлежала уже скорее двадцатиметровому исполину, а не «всего лишь » четырёхметровому « карлику» . Правда, лапа упёрлась в сам портал и не смогла преодолеть тонкой плёнки, но это были детали. Потом были полёт из ниоткуда в никуда, очередная вспышка Тьмы, и… мы оказались в воздухе.

Под нами был ночной лес, настоящий! Живой! А в воздухе одуряюще пахло грозой и свежестью. На ночном бархате неба сияли яркие, «чистые» , какие бывают только после ливня, звёзды.

— Мы… мы справились! Мы вырвались! Ва-а-а-а! — счастливо взвизгнула девушка, которую я всё это время держал на руках. Ну и, обхватив меня, горячо поцеловала.