Бедной невинной девочке теперь пришлось «разрываться » на два фронта, «отражая нападки » коварных демонов. Впрочем, мы с Рейвен не только терзали милые пухлые губки инопланетянки, но и не забывали уделить внимание и друг другу, а заодно показать таморанке, что и как можно проделывать в поцелуе. После чего, разумеется, за «демонстрацией» шло « закрепление на практике» . Старфайр прилежно училась и отвечала: сначала скованно, неловко и смущаясь, но чем больше проходило времени и становилось практики, тем смелее становились её губы и язычок. Ну а там и руки постепенно включились в дело, исполняя « упражнения» , показанные старшей подругой. Те самые, где шло оглаживание груди и попки целующей её демоницы, расположившейся прямо на ней, пока я сам, пользуясь левитацией, изучал губами заднюю часть шейки моей чернокнижницы.

— М-м-мх, — наигравшись с губами и шейкой Кори, Рейвен задрала её топик и принялась посасывать и покусывать грудь подруги, уделяя особое внимание возбуждённо торчащим соскам.

— Какая ты сладкая, — промурлыкала чернокнижница, в чьём голосе слышались лёгкие инфернальные нотки, — уао-о… — в этот момент мои руки чуть сдвинули ткань «купальника » волшебницы и принялись скользить пальцами по влажной и горячей щёлочке, нащупывая горошину клитора. Получив дополнительную стимуляцию, девушка с ещё большим энтузиазмом и жадностью набросилась на инопланетянку, вновь вернувшись к поцелуям и ласканию язычком шейки и плеч Кори. Но потом опять перешла к груди своей « жертвы» .

Я же, перегнувшись через Рейвен, решил проверить её заявление о сладости «апельсинки» и приник к груди красотки, изучая фактуру возбуждённых сосочков этой прелести языком. Чародейка, немного недовольно хмыкнув, подвинулась, давая мне больше простора в действиях с инопланетянкой… пока её рука устремилась туда, где недавно была моя.

— Я… чувствую себя странно… х-хорошо, н-но… странно, — прошептала Стар, возлагая руки на наши затылки и сильнее вжимая нас в свою грудь. Кажется, тот момент, когда мы с Рейвен начали целоваться, захватывая в это действо и вершинку её сладкого холмика, сделал девочке очень приятно.

— И станет ещё лучше, — улыбаясь, пообещала чернокнижница и помогла подруге окончательно избавиться от топика, при этом она перебралась чуть выше и положила голову Кори себе на колени, тем самым чуть приподнимая и открывая более просторный вид… на то, как я, наоборот, спустившись ниже, стягивал юбку и трусики, по общей «эргономике» ничем не отличающиеся от тех, что носят земные девушки.

Закончив с раздеванием, я чуть отстранился, пару мгновений позволив себе полюбоваться раскрасневшейся от возбуждения и стыда красоткой, что стала ещё притягательнее. Ножки были стыдливо сомкнуты, руки вцепились в простынь, а взгляд сочетал в себе предвкушение, робость, капельку страха и неуверенности, сдобренных вполне себе осязаемой развратностью… М-м-м. Как можно было не податься вперёд и снова не поцеловать эту прелесть, что с готовностью и страстью начала отвечать, неловко оглаживая меня по груди и бокам?