— Добрый день, мистер Бримс, — именно эта фамилия была указана на «информационном треугольнике », стоящем на его столе. Ага, « Гл. Ред. Бримс У. П.»

— Что? — в первое мгновение мой вынужденный собеседник дёрнулся, но, разглядев, кто к нему явился, расслабился и даже довольно осклабился. — О! Супербой!

— Я уважаю креативность фантазии вашего издательства, но это, — касаюсь груди с гербовым щитом, — значит «Супериор », а не « Супербой» . И я бы предпочёл, чтобы меня не связывали с Суперменом.

— Пф, видно, что ты ещё молодой и зелёный! — отмахнулся журналист. — Супермен — это брэнд! Это Статус! Наоборот, ты спасибо сказать должен, что мы тебя так назвали! Пришёл дать интервью? Это можно устроить!

— Нет, — усилием воли давлю раздражение, — я пришёл попросить не называть меня так, словно я какой-то внебрачный сын Супермена или бойскаут из его школы.

— Хм-м-м, внебрачный сын… — что-то не нравится мне его рожа. Вот совсем не нравится. — Интересная идея… Супербой — Сын Супермена! Ха, да такая статья подорвёт задницу этого чванливого засранца Пэрри Уайта из Дейли-Плэнетс с такой силой, что тот на собственной тяге долетит до Луны!

— Вы меня вообще слушаете? Я — не сын Супермена. И мне не нравится прозвище Супербой!

— Да мне насрать, — отмахнулся этот охеревший мудак. — У нас — свободная страна и Свобода Слова! Ничего оскорбительного и нецензурного в этом прозвище нет, так что называть тебя им я могу сколько захочу!

— Н-да, Супс святой… — я вздохнул. — Почему вы, люди, если к вам обращаются вежливо и просто просят, воспринимаете это так, словно имеете какую-то власть над обратившимся? Хорошо, я объясню ещё раз. Более доходчиво, — ускорившись, я схватил придурка за шкирняк, не забыв распространить на него свою ауру, и отлетел с «ценным грузом» чуть подальше от города — в сторону моря.

— Ч-что… кх-х-х⁈ Что ты делаешь? Я — гражданин Соединённых Штатов, ты не имеешь права!

— А я — существо, способное в одиночку уничтожить все вооружённые силы Соединённых Штатов Америки и весь ваш народ десятком разных способов. И я не потерплю, чтобы какая-то лысая обезьяна ставила мне какие-либо условия.

— Да ты… — я разжал пальцы, и тело полетело вниз с высоты в три километра. — Аы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы! — подхватываю то в двух метрах над поверхностью воды. Спасибо ауре за игнорирование физики.

— Итак, я был достаточно внятен? — я держал Это на вытянутой руке, ибо пока летело, оно обмочилось и обосралось.

— Йа… йа… п-понял! П-пожалуйста, н-не н-надо!

— Ну вот и замечательно. Думаю, мне не нужно объяснять, что если ты попробуешь сделать какую-нибудь глупость, то просто «выйдешь из окна » своего офиса или сгоришь в пожаре дома? Я тебе не дружелюбный сосед и школьник на подработке. Ценить жизнь необучаемых идиотов — это не про меня, — мой « собеседник» отчаянно закивал, демонстрируя, что всё понял, уяснил и вообще горит желанием сотрудничать по всем статьям.