По коже под рукавами прошло прохладное движение.

Трещины закрывались.

Глава 2. Жажда

Олег вернулся раньше обычного.

Вера услышала двигатель и успела спрятать бутылку под дровами, но мокрое пятно на платье не высохло. Оно расползлось от груди до живота, тёмное, тяжёлое, вызывающее. Олег вошёл во двор, увидел её и заглушил машину.

Он не спросил.

Подошёл, коснулся пятна двумя пальцами, поднёс их к носу. Потом посмотрел на столб у калитки, на пыльную дорогу, на следы мужских ботинок.

- Кто?

- Прохожий.

- Он заходил?

- Нет.

- Ты пила?

Вера молчала.

Олег ударил её один раз, открытой ладонью. Не сильно. Он редко бил сразу. Сначала ему требовалось установить истину, разложить её по словам, заставить Веру согласиться с каждым.

- Ты взяла воду у чужого мужчины.

- Да.

- Приняла его влагу в рот.

Она посмотрела на него. В другой день эта фраза заставила бы её опустить глаза. Сейчас внутри оставалась вода, и вместе с ней что-то тяжёлое, ясное.

- Я напилась.

Олег ударил второй раз. В ушах зазвенело.

- Назови правильно.

- Я хотела пить.

Он взял её за волосы и повёл в дом.

В кладовой было темно и прохладно. На стене висели мотки верёвки, узкие ремни, железные крючья для мяса. Олег пользовался ими редко, с торжественной деловитостью. Он называл это креплением. Считал, что тело лучше слышит наставление, когда лишено привычного движения.

Вера не сопротивлялась, пока он связывал ей запястья за спиной. Верёвка была грубой, пахла пылью и мышами. Потом Олег пропустил другой конец вокруг груди, стянул под рёбрами и закрепил на верхнем крюке. Вера поднялась на носки. Плечи сразу заныли.

- Будешь стоять, пока чужая вода не выйдет.