— По дружбе наведи чаю с нормальной заваркой. Пока собираюсь, заварится как раз, — попросил я мужика, скатывая матрас и собирая свои вещи в пакет. Правда чего там тех вещей? Спортивный костюм, белье, мыльно-рыльные и тройка маек. Продукты скоропортящиеся я решил оставить Толе. Тем более было их мало и все распакованные. Взял заварку, да проверил в сумке нераспечатанный блок сигарет «Союз Аполлон», который подогнали в последней передачке балашихенские. Футболист знал, что я не курю, но в тюрьме сигареты это всегда самая лучшая валюта. Вот и пригодиться в общей камере, кого подогреть или сменять на что, чтоб бедным родственником не выглядеть.
Пока допивали чай, обменялись с Маленьким контактными телефонами. Не то чтобы я собирался с мужиком потом встречаться, но никогда не знаешь человек какой специальности пригодится тебе в будущем Тем более 90ые уже буквально на пороге. Не хай пригодится? Взяв свою сумку и матрас с подушкой, отправился на выход. Дорога в общий блок была не долгой. Встал лицом к стене. Вертухай проверил в глазок все ли нормально, провернул трижды ключ в замке, приоткрыл дверь на длину цепи, посмотрел внутрь еще раз и, убедившись, что там все в порядке, снял цепь и запустил меня в помещение.
— Добрый вечер, — встал я в дверях и осмотрел своих новых соседей по камере. 20 пар глаз рассматривали меня в ответ.
30 сентября 1988 года Бутырская тюрьма г. Москва. Святослав Степанович Григорьев
— Добрый вечер, — встал я в дверях и осмотрел своих новых соседей по камере. С ходу было понятно, что хата эта в раза два больше моей прежней, да и людей здесь было на вскидку человек двадцать. В основном молодежь, но не только.
— Ну, здоров коль не шутишь. Как звать-величать? — подошел ко мне парень лет 25 с коротким ежиком светлых волос, по пояс голый и с руками в карманах спортивных штанов. Гимнаст — первое, что пришло мне на ум. Очень правильно были сформированы мышцы у этого человека. Два вида спорта дают такой результат. Плавание и гимнастика.
— Слава Студент, осужден на год химии за хранение оружия. Вот, только с суда, сюда перевели со спеца, — представился я.
— Жека, — ответил Гимнаст, а потом, прищурившись, спросил, — О, погодь! А не тот ли ты Студент, что неделю назад двух люберецких качков уработал? — Жека развернулся и пояснил пацанам, — я ж на хате с Анатоль Ивановичем сидел, ну с Четвертаком. Ты?
— Ну я, — кивнул ему в ответ, скрываться смысла не было. Тем более вряд ли это могло мне как-то навредить, скорее наоборот.
— Ну ты — зверь! Иваныч после суда приезжал, рассказывал, раз — два, красавец! — Жека изобразил пару ударов по воздуху, а потом хлопнул меня по плечу, — ну проходи, дружище. Вот шконарь нормальный, — подвел меня парень к койке ближе к окну, — тут как раз сегодня Леший только сьехал. Как для тебя прям освободил. От окна не далеко, продувает по такой духоте нормалек!