— Типа того, — Фома поморщился и пристально немигающим взглядом посмотрел на меня. Помолчали какое-то время, а потом он не то спросил, не то сказал утвердительно, — документы я так понимаю ты не взял.

— Даже если бы и взял, отдавать их тут некому. Вдовы то нет, — пожал я плечами.

— К черту вдову! Я тут за нее — а значит отдать их надо мне, — ударил по столу кулаком Фома, не сдержавшись.

— Фома. Давай подытожим, а то меня братва ждет, — я придвинулся ближе к мужчине, поставил на столешницу локти и скрестил пальцы рук перед собой, — вкладываться в общее дело, я так понимаю, ты не хочешь. Денег нам вдова возвращать тоже не собирается. Это два. Ну, а раз такое дело, то и о документах и речи быть не может, это три, — я пожал плечами и вопросительно посмотрел на люберецкого бандоса, — к тому же повторюсь, тут и вдовы то нет. А вдруг она передумала? Или оформила сама бумаги и сбежала с рыжим любовником на Черное море?

— Еще раз повторяю, на хер вдову. О документах ты со мной договаривался, — волоком смотрел на меня мужчина напротив.

— А мы вообще много о чем договорились, что не срослось, — пожал я плечами, — договаривались, что будет вдова на этой встрече. Договорились о том, что вместе будем делать дело по кооперативу. Лазарь Моисевич договаривался, что деньги с покойным компаньоном у него по полам все. Много договорённостей и все телепаются. А в это время Лазарю перевернули хату на неделе и что-то там активно искали. Интересно что?

— Ты чо, мне предъявляешь?

— Нет, хотел бы предъявить, предъявил бы. Просто совпадения такие не люблю. Фома, я тебя прекрасно понимаю, но у тебя чо то явно не срастается. И в этом виноват не я. Так что, учитывая, что происходит, вряд ли тут мы на чем-то с тобой сойдёмся. У тебя свои интересы, а у меня свои. При своих мы и остались. Потому предлагаю не ссорится и разойтись краями. А то, выходит какой-то блудняк, — я поднялся и протянул руку, — как считаешь? По мне так будет нормально для всех?

— Пусть еврей твой ходит и оглядывается, — зло сказал как выплюнул Фома. Налил из графина себе водки и махнул полную рюмаху.

— Это угроза?

— Нет, что ты. Ты же сам сказал, всякие совпадения бывают. А ты их не любишь, — злобно ощерился мужик, а потом заржал вместе со своим товарищем. Недобро так. Хоть смех и получался каким-то искусственным, будто через силу. Но намек был понятен.

— Я передам твои слова Лазарю Моисеевичу. Хорошего дня, — руку Фома мне так и не пожал. Ну и черт с ним. Я двинулся на пару с Медвежонком к столику Вовы с чувством выполненного дела и с изрядно разыгравшемся аппетитом, — слышь, Вован. Пойдем покурим? Мишань, ты присаживайся. Заказывай что хочешь — не стесняйся, я угощаю.