Я ухватился руками, засиявшими когтями из чистой праны на кончиках пальцев, за края уже почти сросшегося портала, рванул их в стороны, снова раскрывая устье, снова насыщая канал праной, снова заставляя портал жить, и нырнул следом за заговорщиками.
Конечно же, было бы глупо рассчитывать на то, что портал приведет меня прямо в логово заговорщиков. Как и мы, они знали о существовании машины для вскрытия порталов, или вернее даже будет сказать — мы знали, как и они, ведь они узнали еще раньше, чем мы. Так или иначе, в этот раз они тоже использовали несколько переходных точек, в которых открывали порталы последовательно, чтобы максимально запутать управления, если те надумают их преследовать.
Судя по тому, что Юля упоминала нехватку времени, из-за которой управление не смогло открыть порталы дальше второго, их машина действует не сразу, ей нужно время, чтобы сделать свое дело. Не знаю, сколько именно времени — мне так и не выпал шанс понаблюдать за искусственными открытием портала, ведь я при своем побеге от управления порталов не использовал, — но сколько-то точно требуется.
А мне — нет.
Поэтому никто из заговорщиков не ожидал и даже не предполагал, что у них в тылу может появиться кто-то недружелюбный.
Когда я вышел из портала, внутренне готовый сразу и бежать и сражаться, оказалось, что ни того, ни другого делать не нужно. По крайней мере, не прямо сейчас.
Все заговорщики стояли, развернувшись в одном направлении — в направлении еще одного портала, несущего по кругу потоки праны в каких-то пятнадцати метрах от меня. Реадизайнеры выстроились в колонну по одному, глядя друг другу в затылок, и организованно, будто солдаты на параде, шагали в портал. Каждый следующий ждал пару секунд, — видимо, чтобы не столкнуться на выходе с предыдущим, — и шагал тоже.
Я быстро осмотрелся, чтобы хотя бы иметь представление о том, где нахожусь. Даже не для того, чтобы понять, как отсюда выбраться, если что-то пойдет не так — нет, этот путь для меня явно закрыт, ведь портал за моей спиной закрылся окончательно, а открывать свои собственные я пока еще умел.
Информацию я собирал совсем для другого. Мне нужно было понять, что такого особенного в этом месте, что заставило заговорщиков открыть портал именно сюда?
Еще когда Персефона рассказывала о том, как собрала группу взрослых реадизайнеров по одному, находя их в различных местах по всему миру, меня зацепила фраза, которую она употребила — «В моей памяти много мест, в которых я могла бы встретить уцелевших реадизайнеров.»
Еще тогда у меня в голове поселилась мысль о том, что открывать порталы можно только в места, в которых ты уже бывал или которые хотя бы себе представляешь. Даже когда Персефона переместила нас в переулок во время похода в магазин, она ведь перед этим выглянула через щель в занавесках на улицу, чтобы посмотреть, как этот переулок вообще выглядел. Стало быть, реадизайнеру для открытия портала необходим какой-то ориентир на том месте, в котором он создаст выход. Нельзя открыть портал «куда-то», нужно хорошо понимать место, нужно за что-то «зацепиться».