Луиза всполошилась:
— Хозяин, я-то за себя не особенно боюсь… Но детей вести в этакое место! А вдруг монастырь — и вправду логово злодеев?
— Не переживай. Хуторяне говорят, в монастырь каждую неделю паломники ходят. И ни одного слуха не было, чтобы кто-то пропал и назад не вернулся.
— Но все же, тревожно. То ведь просто паломники, а это — мы. Вдруг злодеи знают, что мы вам служим?
— Ладно, коли так волнуешься, то оставь детей снаружи за воротами. Но до входа с ними непременно дойди — пускай привратники увидят.
— Идет. А о чем молиться-то?
— Как — о чем? Чтобы святой Максимиан дал тебе сил справиться с твоей нелегкой жизнью! Сама же видишь — не жизнь у тебя, а каторжный труд! Еще проси, чтобы Максимиан твоему папашке голову прочистил и от пьянства отучил.
— Хозяин… а кто такой Максимиан?
— Как — кто? Праотец! В честь него монастырь назван!
— Ну, это понятно, что Праотец. А чем он славится, что сделал хорошего? Как ему молятся?
— Ты спросишь, женщина! Я тебе кто — архидьякон? Максимиан — святой. Еще у него малый Предмет был — этакий, вроде медальончика. Он в монастырской церкви на алтаре лежит, трактирщик сказал. А об остальном монахов спросишь.
Полли внимательно слушала разговор Луизы с хозяином, а потом сказала:
— Позвольте, я тоже пойду на разведку.
Хармон нахмурился. Первым его желанием было отказать. Пока беседовал с Луизой, то не думал об этом, но как Полли предложила — так сразу сообразил: а ведь в монастыре может быть опасно!
— Нет, милашка, ты лучше не ходи.
— Почему же? Луизе можно, а мне — нет?
— А зачем? Луиза с Доксетом все сами рассмотрят.
— Три пары глаз лучше двух!
— Все равно не ходи.
— Но почему?
Потому, что ты мне нужна! Жениться на тебе хочу — что неясного⁈ Но Хармон не сказал этого — было не время. Сперва вернуть Сферу, потом — купить билеты на поезд, прокатиться с девушкой в столицу, а уж там, когда Полли себя не будет помнить от восторга… Сейчас — рано. Нет уверенности, что согласится.
— А почему ты так хочешь? — уклончиво спросил торговец.
— Хозяин, в том монастыре есть Священный Предмет. А я видела только один за всю жизнь. Очень уж хочется посмотреть!
Этой просьбе Хармон не смог отказать. Кто-нибудь другой, возможно, не отпустил бы девушку на встречу со святыней… но не Хармон Паула. Напоследок, впрочем, он еще брыкнулся:
— Ты по виду не соответствуешь: больно жизнерадостна для паломника.
— У меня есть идея на этот счет, — ответила девушка. — Я буду блаженной.
Она улыбнулась — широко и как-то странно, будто не собеседнику улыбалась, а самой себе. Взгляд Полли стал рассеянным, прошел сквозь Хармона и устремился куда-то в неизвестность. Несмотря на всю миловидность ее черт, вид получился жутковатый. Джоакин даже присвистнул.