— Эх… — махнул рукой Хармон и присосался к кружке.
— Отчего так печалишься? — посочувствовал трактирщик. — Сильно тебе нужны те всадники?
— Нужны — не то слово! Один из них мне кругленькую сумму задолжал… А теперь поди сыщи его. Точно знаю, что он в четверг проехал от развалин на север — и как сквозь землю провалился! Лысенький такой, щекастый, с брюшком, на пивовара похож. Вроде бы, памятная внешность — а нет, никто не видел на десять миль вокруг!
— Да уж, бывает… — покачал головой трактирщик и поведал — не сказать, что к месту — историю о том, как у него украли лошадь.
Хармон допил, вздохнул и пошел прочь, повесив голову. Трактирщик вдруг окликнул его:
— Как, бишь, ты сказал, выглядит этот твой должник?
Торговец повторил. Трактирщик почесал затылок.
— Слушай-ка, а ты, часом, не брата Людвига имеешь в виду?
— Какого еще брата? — не понял Хармон.
— А, ну нет — так нет, — пожал плечами трактирщик. — Тебе виднее.
— Постой, постой. Я с этим пузатым не близко знаком. На рынке познакомились, назвался он таки Людвигом — это верно. Но вот чей он там брат — этого я не знаю.
— Значит, он был не в сутане?
— В какой еще сутане? — совсем растерялся Хармон.
— А, ну тогда точно он! С тебя монета, господин! Нашел я твоего должника.
— Да кто же он⁈ — вскричал торговец, боясь верить.
— Брат Людвиг! Из Максимианского монастыря, что в двух милях на запад от хутора.
— А почему думаешь, что это он?
Трактирщик принялся загибать пальцы:
— Во-первых, по виду подходит — лысенький, с брюшком, щеки висят. Во-вторых, он мне тоже агатку задолжал. Сказал — верну на неделе, но все никак! А дело еще весною было. И в третьих, самое главное: брат Людвиг иногда выходит из монастыря без сутаны. Имеет он такую странность. Раз заехал ко мне на чарку — одет, будто мещанин, я его даже сразу не признал. Ты как сказал, что твой Людвиг был без сутаны, — тут я сразу понял: точно он!
Хармон затаил дыхание:
— И что же, в четверг он к тебе заходил? С двумя спутниками?
— Неа. В четверг я его не видал. Ты, видно, спутал: в среду здесь брат Людвиг проезжал. И не к монастырю ехал, а от монастыря. Туда вон, в сторону развалин крепости.
* * *
Максимиановская обитель была укреплена как надо — чего, впрочем, и следовало ожидать от монастыря, расположенного среди полей. Двадцатифутовые стены венчались галереей с бойницами, ворота были окованы железом и снабжены дополнительной подъемной решеткой из дубовых брусьев. Правда, башен не было, и это обстоятельство, несомненно, порадовало бы командира осадного отряда из пары сотен бойцов. Беда в том, что все войско Хармона-торговца состояло из одного недорыцаря, одного дезертира и одного старого пьянчуги с копьем.