Я охотно рассказал всё, что мне известно о Валаксе и его силах. Как и ожидалось, вампиры слушали внимательно, выражением лиц напоминая каменных истуканов с острова Пасхи.

— Полноценный Наставник и Учитель, способный усиливаться до уровня Наставника, — проговорил старейшина, когда я закончил. — Валерий, нам не справиться с таким противником. Одним.

— Но и оставить всё как есть мы тоже не можем, — спокойно добавил Клыков и замолчал, ожидая ответа своего главы.

Бладинский завис. Всё-таки забавно наблюдать за тем, как вампиры думают. Они даже дышат в этот момент еле слышно — грудная клетка не вздымается, будто и в самом деле превращаются в статуи.

— Илья, мне неприятно вас просить, но…

— Но ты всё равно попросишь, — фыркнул Арнольд, привлекая к себе внимания. Я наградил его гневным взглядом, и оборотень, всё поняв, отвернулся, делая вид, что разглядывает репродукцию «Меланхолии» — одной из гравюр Дюрера.

Стоило ли брать с собой оборотня на переговоры с вампирами? До сих пор считаю, что да. Он — мой Страж. Терпите меня? Тогда терпите и моих Стражей. Да и самому Арнольду нужно поскорее срастись с новой ролью.

— Да, попрошу, — продолжил Бладинский, — точнее, спрошу. Вы сами всё ещё воюете с Янетом, верно?

— Пока да, — кивнул я, в душе уже торжествующе хлопая в ладоши.

— Если вдруг у вас будет выбор, убить его или не убивать, — он говорил весьма страшные вещи с равнодушным видом, — пожалуйста, убейте. Я… нет, вся наша община будет вам бескрайне благодарна.

— Если и пса его уничтожите, наша благодарность будет ещё больше, — добавил Клыков. Я заметил, как Арнольд раздражённо дёрнулся, но, к своей чести, ничего не сказал.

На сей раз уже я взял театральную паузу, молчаливо размешивая остатки чая ложечкой.

— Я вас услышал, — произнёс я, спустя несколько секунд. — Пусть я и не ставлю перед собой задачу физически уничтожить Янета, если подвернётся случай, возможно, смогу порадовать вас.

— Этого более чем достаточно, Илья, — ответил Бладинский.

— А теперь я хотел бы перейти ко второму интересующему меня вопросу.

— При всём уважении, — отодвинув пустую чашку в сторону, сказал старейшина, — участь тех, кто поддерживал Леонида, стоит решать исключительно внутри общины.

— Старейшина! — немного громче обычного, но всё так же ровно проговорил Валерий.

— Старейшина Юрий прав, — вступился за пожилого вампира я. На миг Бладинский удивлённо поднял брови. — Я ни в коем случае не хочу вмешиваться во внутренние дела общины. Просто выскажу своё мнение, не более того. Ничто же не запрещает мне говорить то, о чём я думаю?