Сделав очередную воздушную горку и поднявшись на две сотни метров, мастер-артефактор заскользил вниз, набирая скорость, а затем принялся маневрировать между холмов. Это зрелище напоминало спуск горнолыжника по слаломной трассе — только в изрядно замедленном варианте.

И вот во время одного из виражей он то ли не заметил валун, торчавший на три метра из склона, то ли не рассчитал траекторию, а может, просто ещё не привык к габаритам летающего крыла…

В итоге дельтаплан зацепился краем продольной мачты за камень. На скорости за сто пятьдесят километров в час это привело к мгновенному разрушению всей конструкции. Точнее, не мгновенному, но настолько быстрому, что глаз не успевал уловить деталей: обломки мачт, реек, порванный парус и сам пилот смешались в один хаотичный комок, катящийся по каменистому склону.

Меня бы после такого падения пришлось собирать по кускам, сращивать кости и то лишь в том случае, если бы вообще остался жив — что далеко не факт.

А вот маг Валириевого ранга пережил падение без особо тяжёлых повреждений: сломал левую ключицу, получил несколько десятков заметных ушибов, которые, впрочем, довольно быстро залечил алхимией.

В отличие от гера Карилиана, дельтаплан после подобной «посадки» восстановлению не подлежал.

— Седина в бороду, бес в ребро! — Довольно тихо прошептал я, срываясь с места.

Когда мы добежали до места аварии, мастер-артефактор уже спокойно сидел на одном из камней и складывал в поясную сумку, израсходованные, пустые флаконы.

— Ха-ха-ха! — Встретил нас гулким смехом гер Карилиан. — Это было великолепно!

Великолепно? Его едва не размазало по каменистому склону, а он доволен словно триумфатор.

Бросив взгляд на Кейташи, я заметил нездоровый блеск в его глазах. Показалось, что если бы не вбитое с пелёнок почтение к старшим, японец накинулся бы на смеющегося мастера-артефактора с кулаками. И только с кулаками лишь потому, что Молот Будущего Бога Труда остался на вершине холма, рядом с другими нашими вещами.

Я поспешно встал между Кейташи и гером Карилианом, но не успел: последний явно уловил скрытую ярость юного кузнеца. Поднявшись на ноги, мастер-артефактор примирительно поднял здоровую руку:

— Молодой мастер, я понимаю ваш гнев. Кому как не мне его понимать. И приношу самые искренние извинения за гибель вашего творения. Позволите мне, помимо идущих от всего сердца извинений, предложить вам что-то более конкретное. — Заметив, как японец сложил руки на груди, гер Карилиан продолжил: — Я возьму на себя восстановление сломанного мною артефакта, а также все сопутствующие затраты. Кроме того, я приглашаю вас, мастер Кей, присоединиться ко мне в этом деле. Уверен, тот же парус из паучьего шёлка я способен сделать куда прочнее. И ещё, в качестве дополнительной компенсации, во время нашей совместной работы я не только позволю вам наблюдать за каждым шагом, но и раскрою несколько секретов своей профессии.