После обеда мы все не сразу разошлись и немного обсудили домашние дела. Глава наёмников Алвер сообщил, что собирается привести в дом ещё троих наёмников, и вполне проверенных вояк и никак не подсылов, вроде, из прежних знакомых. Оказалось, что семье погибшего Ахтяма деньги уже переданы и там, хоть и всплакнули, но сильно обрадовались. И он попросил разрешения позвать девочек и мальчиков и от своих наёмников и их родных для проверки. Конечно, я согласился. Нам ведь не так уж важно, кого на службу принять. То есть важно, но тут как бы и свои люди.
После мы поднялись в мои покои и остались только вчетвером. И тут мои жёны все трое накинулись на меня с вопросами, а потом, удовлетворив своё любопытство, уже и с нежностями. Что делать, несмотря на свою вину, им срочно требовались именно мои признания в любви. Как будто это я им собирался изменять со своими подругами? Пришлось признаться, что всё равно лучше их на свете нет. После дообеденного сна я уже чувствовал себя вполне сносно, и наши любовные утёхи получились очень даже бурными.
— Вот, Акчул, а ведь Аэлите вчера больше всех досталось. Весь вечер и всю ночь, да ещё и утро одна с тобой провела! Вроде, и на уроки опоздала! И, знаешь, она никак не хочет рассказать, что же случилось. Не зря же опять к нам маги академии пристали. Но я же чувствую, что там не всё так было!
— Вот, Яснина, что Аэлита мне рассказала, то я и выдам. Как она сообщила при опросе, так и было. Всё без утайки. Я сам удивлён, что этот Сирваэль оказался таким подонком. Надо же, на беременную женщину силком накинулся! Сволочь! Пусть вообще мне не попадается! Точно на месте пришибу! Лучше бы на меня напал! Извини, Яснина, но я за вас сильно бояться начал. И не мучай, пожалуйста, Аэлиту. Пусть боль утихнет. Сразу скажу, что всё прошло, и я ни на кого не в обиде. Да, ей надо было всё мне рассказать, но, что делать, так уж получилось. Теперь мне хочется получать от вас лишь нежность и ласки. Честно сознаюсь, что сильно соскучился. Будете меня любить, так вообще растаю.
Жаль, конечно, что я таки отпустил этого подонка. А куда деваться, неохота слишком волновать Аэлиту. Пусть успокоится. Уж позже, надеюсь, забудет. Всё равно он позже сдохнет! Просто так не отпустил я его! И Яснине пока нечего знать всех подробностей. Уж и сама не лучше будет, и только отошла! И ведь, как ни смешно звучит, приходится терпеть, и даже такие непотребства! Но что делать?
— Не осмелится, Акчул. И скажи, с чего это ты решил подобрать нам служанок и пажей? Ранее, вроде, даже не заикался.