— Костя! — Со слезами в голосе начала жаловаться Василиса. — Он угрожает меня взорвать. Яга ему колечко дала!
Директор Института кинул вопросительный взгляд на Яру, на что та лишь пожала плечами.
— Все по канону. — Она одарила Василису очаровательной улыбкой. — Добрый молодец получил от меня три предмета, которые должны были помочь ему в его деле.
— Это спецсредства. — Не сдержавшись стукнул кулаком по столу Соловей. — Он этими твоими предметами дорогу разворотил, потоп устроил и одного из моих людей на елку посадил. — Второй раз за день я видел, как человек одномоментно бледнеет, а ведь всего то, Яре стоило перевести взгляд на него и улыбнуться чуть шире, чем она улыбалась до этого Василисе.
— Предметы. — Мягко проворковала Яра. — Которые я просто обязана была дать доброму молодцу, по канону, природа моя такова, помогать время от времени, вот бывает такое, хлебом меня не корми, а дай помочь… Или вот тоже бывает, смотрю я на кого-то и понимаю, что за кромку тому пора, даже без лопаты, понимаешь? Соловушка?
— Соловей. — Буркнул здоровяк. — Мое имя не сокращается. К тебе претензий нет… — Это он произнес крайне неохотно.
— А к кому есть? — Снова проворковала Яра. — К юноше этому? Так он жизнь свою спасал. Ты, Василиса. — Она обратилась к девушке, которую я так и держал перед собой. — Чего это удумала такое? Без согласования с руководством, людей в расход пускать? Вообразила себя царицей? Дим. Да отпусти ты ее уже. — Это она уже мне. — И присаживайтесь оба. Я же тебе говорила, доберешься до Кощея, так хоть будет возможность поговорить, договориться, выторговать себе чего-нибудь.
Я с трудом отпустил Василису, даже не подозревал, что руки у меня от напряжения так сильно закостенели. Девушка тут же выскользнула из моих объятий и отскочив подальше спряталась за спинку стула Кощея, я же изображая ледяное спокойствие уселся за стол и налил себе стакан воды, Вот только произвести впечатление хладнокровного героя у меня не получилось, руки тряслись безбожно, от чего горлышко бутылки громко стучало о край стакана пока я наполнял его прозрачной жидкостью.
— Ну же. — Подбадривающе произнес Кощей после того, как я осушил стакан. — Не надо так волноваться говорите, зачем пришли? Зачем проникли на засекреченный объект, взяли в заложники мою супругу, я, знаете ли, ею очень дорожу, временами, признаться даже люблю.
— Временами. — Усмехнулась Яра, за что заработала испепеляющий взгляд красотки.
— Временами. — Кивнул Кощей. — А временами она такую чушь творит, что мне за нее стыдно. — Я немного успокоился, значит все это, погони, преследование, претензии со стороны Института, все это было ее самодеятельностью, ни с кем не согласованной, а значит, мои шансы резко возрастали. — Это ж надо, позволить себя пленить, в заложники взять, будто бы в дешевом боевике. — Сердце мое екнуло, значит вина Василисы только в том, что она позволила себя схватить, а все остальное… Кощей заметил мою реакцию. — Ну что же Вы сразу отчаиваетесь то, молодой человек, не так уж плохи Ваши дела. Я так понимаю, что суть претензий моей супруги лично к Вам только в том, что Вы совершенно случайно узнали некоторые наши сплетни и информацию, которую и без того, знает половина городка и довольно широкий круг лиц за его пределами? — Я кивнул. — Ну так вот. Вы поймите нас несмотря на то, что информация про нашу, так сказать кухню, не является такой уж строго охраняемой тайной, но и отпустить Вас мы не можем.