— Что-то рожа у тебя подозрительная, вершок! — наконец, заявил дверг.

— Я уже с Закрутом договорился смахнуться вечером, — ответил я, правильно поняв, к чему идёт дело.

— Вот же проныра, и тут обошёл, — печально сказал дверг. — И что б вам сразу сюда не зайти?

— Мы сюда и пошли сначала, но нас стража к Закруту отправила, — объяснил я, но тот только грустно махнул рукой. — Странная у вас здесь реакция на вершков, уважаемый. С чего бы это?

— Так со своими-то сразу всё понятно, — объяснил тот. — А вершки все сплошь какие-то дохлые и трусоватые. Зато ты и сам крепкий, и по характеру сразу видно, что боец.

Он с надеждой посмотрел на меня, явно ожидая, что я захочу немедленно доказать, что я и вправду боец. Однако я с равнодушным видом промолчал, и он со вздохом подвинул наши карты обратно.

— Ладно, забирайте свои бумажки. Вы муж с женой, что ли?

— Брат с сестрой, — ответила Арна.

— Есть у вас какое-то сходство, — кивнул он, и я удивился, где он усмотрел наше сходство. — Клеть уже минут через десять подойдёт, ждите.

— А скажи, уважаемый, — поинтересовалась Арна, — с каких пор у вас такие строгости? Мы ни про какие гостевые карты раньше не слышали.

— А, это, — он махнул рукой. — Князь для своей новой любовницы создал новый приказ. Назвали Гостевым. Оно ведь как? Если существующий приказ расширять, то это значит какой-то один клан выделить, тогда другие обидятся. Приказы же все поделены. А новый приказ никого не задевает, и на гостей всем плевать. Если другую любовницу найдёт, этот приказ втихую расформируют, и никто не обидится. Кроме бывшей любовницы, конечно, — он поскрёб затылок с видом мыслителя. — А может, и обидится кто, низовые должности ведь кланам раздали. Я вот, к примеру, обижусь.

— Хорошая должность? — полюбопытствовал я.

— Да уж всяко лучше жопу в мягком кресле греть, чем кайлом в забое махать, — глубокомысленно ответил он. — Вот только сидеть здесь скучновато, делать-то нечего совсем.

Я понимающе покивал.

— Поставь кресло раскладное, чтобы спать можно было, — предложил я.

— Проверяют иногда, — грустно вздохнул дверг.

— Зачем любовнице приказ? — наконец, отошла от удивления Арна.

— Ей незачем, конечно, её дело ноги раздвигать, — объяснил я, и дверг хохотнул. — Но у любовницы есть семья, которая тоже хочет к бюджету присосаться.

— Всё правильно разложил, вершок, — с ухмылкой кивнул дверг.

— Мог бы и без пошлости объяснить, — обиженно насупилась Арна.

— Слушай, девка, — двергу вдруг пришла в голову мысль. — А у тебя сестры, случаем, нет? А то пробегала тут одна…

Мы с Арной изумлённо уставились друг на друга. К чему бы такой странный вопрос?