— Я теперь вздремну немного, пожалуй. — Она подтащила поближе к себе курсирующую неподалеку туманность и, закутавшись в нее, словно в теплое одеяло, аккуратно раскинулась на «черных дырах». — Спой мне еще, — сквозь сон пробормотала Изначальная, и обрадованный вниманием квазар вновь затянул свою извечную песню, обдувая ее ласковым и теплым звездным дыханием.

— У-у-у е…!!!……! Да……… в…… на…… все эти споры……! Чтобы я еще хоть раз взглянул на эту… грибную настойку!…!!!!!!! И да пусть меня……… если я еще раз свяжусь с малолетними эльфийскими придурками и их… приборами!……………… и………!!!

Верещание кристалла, пронзительным визгом продолжавшего отсчитывать эоны и эоны лет, прошедшие с того момента, когда происходило то, что показала ему память соприкоснувшегося с ним существа, отравленным сверлом вонзалось в голову Олега. Не выдержав этой пытки, он с силой швырнул кристалл в ближайший валун. Издав последний жалобный взвяк, хрупкий магоприбор не выдержал столь варварского обращения и рассыпался кучей сияющих осколков.

Бледная Альмиена, единственная из всех присутствовавших почувствовавшая краткое соприкосновение великой сущности с душой полудемона, медленно вытерла выступивший на лбу холодный пот.

«Тихо, тихо, все хорошо, — убеждала она себя. — Это не прорыв Инферно, никто, кроме меня, наверняка ничего не заметил, так что не будем нагнетать обстановку… Спокойствие, только спокойствие… Ничего страшного не произошло, мир на месте, солнце не погасло, тебя никто не поймет, если ты сейчас начнешь швыряться молниями и цитировать полный словарь тролле-оркских ругательств. Спокойно, только не нервничай, все нормально, а седую прядь можно скрыть и за мороком… Тинувеллани уже заканчивается, всего-то и надо будет, что проследить, чтобы этот полоумный демон больше не пил. И выставить его поскорее! Ох, как я надерусь, когда он уедет! И никогда, ни за что больше не подпускать его к эльфийским владениям и дровской грибной настойке! Перекрыть все каналы связи с Дроуландом! Пресветлая Элберет, ну за что мне такое наказание!»

Олег тем временем горделиво принял из рук едва пришедшего в себя от изумления Энеари небольшую книжку и формулу активирующего ее заклинания и, опираясь на Вереену, пошатывающейся походкой двинулся прочь с поляны, провожаемый благоговейными взглядами присутствующих.

'Спать, спать, спать… — повторял он про себя. — Ох, как голова-то болит! Чтоб я еще хоть раз к этой проклятой грибной настойке прикоснулся! Нет уж, отоспаться — и домой, в Академию! Хватит с меня эльфов! Но интересно все же… Что происходило до того, как Создатель произнес свою знаменитую фразу? Что за воспоминание Тьма сочла настолько опасным для нашей вселенной? Крайне любопытно!