— Страшно? — не обратил внимания на вопрос здоровяк. — Ты бойся, бойся. Говорят, чем больше адреналина, тем сильнее кристалл. Так что извини, но сейчас я те…

Не закончив фразу, мужик замолчал, а еще через секунду плашмя упал рядом со мной, едва не придавив мне ноги. В голове убийцы, прямо из затылка, торчал какой-то самодельный не то ледоруб, не то небольшая кирка. А там, где он совсем недавно стоял, воздух подернулся рябью и появилась та самая девочка из антикафе.

— Влип, супермен? — нежно улыбнувшись, промурлыкала она, пристально разглядывая меня с головы до ног. — Ну а ты как хотел? У нас нубов любят. Особенно таких тупых.

— Что происходит? — прохрипел я и снова закашлялся.

Боль постепенно утихала, но сил не было даже на то, чтобы поднять руку.

Не ответив на вопрос, девочка достала из-за пазухи охотничий нож и, примерившись, воткнула его в позвоночник трупа чуть выше воротника. Провернув нож, она вынула лезвие и, аккуратно вытерев его о бушлат мертвеца, спрятала обратно.

— А ты совсем слабенький, я смотрю, — задумчиво посмотрев мне в глаза, протянула девочка. — Видать, не в первый раз так попадаешь? Ну ничего, ты еще хотя бы разок продержись, а то плохо в последнее время с хорошей приманкой. Умные все стали, осторожные…

Обернувшись, она схватила с раны на шее трупа затвердевший сгусток крови размером с фалангу большого пальца и, помахав мне на прощание, исчезла.

— Не лежи долго, простудишься, — раздался прямо над ухом шепот.

Но с огромным трудом подняв руку, я схватил лишь пустоту. Прохрипев что-то матом, я кое-как перевернулся на живот и встал на колени. Боль в спине постепенно становилась слабее.

— Неужели травматический?

Я нащупал пистолет и, разобравшись, где кнопка для выемки магазина, проверил патроны. Не похожи. «Может быть, с навеской пороха начудили?» — предположил я, сам в это не веря.

Труп здоровяка уже не светился. Медленно поднявшись на ноги, я проковылял к своему револьверу и, стряхнув с него снег, убрал оружие в карман. Не очень-то оно мне помогло, но с ним немного спокойнее. Трофейный пистолет, не рассматривая особо, бросил в левый карман, предварительно скрутив глушитель. Потом разберусь.

Прислушавшись к ощущениям, я медленно, с трудом передвигая ноги, побрел в сторону жилых домов. Ощущения были мерзкие. Ныли лопатки, одежда на спине стала мокрой и прилипла к спине. Мне бы в больницу, но почему-то уверенность, что туда идти нельзя, росла с каждым шагом вместе с улучшающимся самочувствием.

Повезло, что пуля не попала в позвоночник. В лучшем случае катался бы на инвалидном кресле, как Рыжий. А в худшем… Неожиданно я замер посреди обледеневшего тротуара, заставив шарахнуться старушку, спешащую куда-то по своим делам. Если честно, то еще минуту назад я был готов взять первого попавшегося прохожего, приставить пистолет к башке и, зажав в глухом углу, чтобы никто не помешал, заставить выложить все. Почему-то я не сомневался, что все вокруг знают какую-то вещь, которая для меня страшная тайна, а для них настолько обыденная новость, что про нее уже даже мужики в гаражах да бабки у подъездов перестали судачить. Но теперь я твердо знал, куда мне идти. И главное, что тот, кто мне поможет, находился здесь рядом, буквально в двух кварталах. Если, конечно, жив. Если не уехал после катастрофы. Если он сейчас дома… Но будем решать проблемы по мере их поступления.