Клинок проскрипел о выставленный невидимый щит, не в силах пробить брешь для окончательного удара.

Мягкое касание пола, колени согнулись, гася инерцию приземления. Не останавливаясь, я предпринял еще одну попытку, с сумасшедшей скоростью втягивая разлитую вокруг энергию для нового выпада.

Не получилось в первый раз, получится во второй, главное не отчаиваться, не отступать и уж точно не пытаться бежать. Получить в спину парочку «воздушных лезвий» будет очень обидно.

Вокруг моей левой ладони закрутилась метель. Быстрая круговерть снежинок, похожих на миниатюрные полупрозрачные звездочки, образовали маленький смерч.

Один удар сердца — и вихрь прыгнул вперед, стремясь разрезать вражеский щит.

Температура в зале стремительно падала, на отдельных элементах шикарного интерьера поползли первые сеточки зарождающегося инея.

Я давил из-за все сил, пытаясь пробить защиту Кэмпбелла. Сообразив, что с его даром что-то не так, мастер войны сел в глухую оборону, пытаясь разобраться с причинами провала первой атаки.

Было ясно, что это не продлиться долго, еще секунд пять, может семь, противник опомнится и перейдет в наступление. Врежет так, что мало не покажется, но на этот раз приняв во внимание магическую утечку в собственной энергетической оболочке.

Мгновения истекали, а проклятый англичашка все никак не поддавался. Где-то глубоко мелькнуло сожаление, что отправил Ласку присматривать за Джессикой, не доверяя американке одной захватывать командный пункт Цитадели.

Как же силен, зараза. «Дыхание зимы» сменилось «Ледяным шквалом», а щитам хоть бы хны.

Время быстро уходило, приближая миг развязки.

И тогда я взбесился, отринул прочь отстраненную сосредоточенность, позволив разум опутать пеленой первобытного бешенства.

Я четко понимал, что если не продавлю защиту врага в течении следующих трех секунд, то вскоре буду сам отбиваться от атак мастера войны. И боюсь, не столь эффективно, как это делал последний. Громадный опыт и сила даст тому несравненное преимущество.

Напор нарастал по экспоненте, вливаемая мощь в боевое заклятье поражала чудовищными объемами.

И о чудо, «стена» поддалась, продавливаясь внутрь. Медленно, тяжело и неохотно, но поддалась, пойдя невидимыми обычному взгляду трещинами.

С громким звоном щит лопнул, осколки плетения брызнули в разные стороны.

— Да! — торжествующе взревел я, вздымая над головой «Пьющий Души» для заключительного удара.

В глазах мастера войны впервые с начала схватки мелькнули искры откровенного страха. Он не ожидал, что пришлый ледышка зайдет так далеко.

Наш с ним колдовской поединок продлился ровно семь секунд. Двенадцать, если считать первый удар и замешательство островитянина после.