К сожалению, попытка ничего не дала — почти все запасы Дара Макс исчерпал, да и разница в силах между ним и Аристархом была слишком велика, что бы он мог от него отбиться. Да и не знал Макс, что именно сделал комендант — хоть его навыки работы с даром сильно увеличились за эти годы, но он бы очень далёк от своего оппонента в вопросах мастерства. И даже тот факт, что ранги их Даров были одинаковы, на ситуацию не влиял.
Тем не менее, парень не дрогнул и остался стоять, и через несколько мгновений странная сила, давящая на него, исчезла.
— А ты не промах, — одобрительно заметил комендант. — И не слабак… Не врали, смотрю, что появился новичок с хорошим потенциалом. Но вот то, что из-за тебя едва не уничтожили авангард столь важного для царства каравана, преступление достаточно серьёзное. И если ты не сможешь доказать, что у тебя были веские на то причины, то можешь и головы лишиться, сынок. Ты это понимаешь?
Вот так поворот, подумал парень. Он, конечно, предполагал, что наказание может быть суровым, но вот что дело может принять настолько скверный оборот он не думал. Тем не менее, отступать было некуда, да показывать страх и неуверенность сейчас значило укрепить подозрения присутствующих. Впрочем, было и преимущество ситуации — здесь и сейчас всё решать будет явно не Роман Рязанцев. Что по рангу силы, что по положению в царстве и влиянию комендант Солнцегорска явно на голову превосходил главу каравана, и его слово точно будет решающим.
— Конечно, господин, — ответил Макс, делая глубокий вдох и успокаивая нервную дрожь. — Это явно какое-то недоразумение, и я намерен доказать это всем присутствующим.
Добрый день, дорогие читатели. Следующая глава будет платной. Постараюсь дописать её сегодня к вечеру.
— Ну что, дамы и господа, готовы вы ли выступить свидетелями данного процесса? — громко вопросил Аристарх, вставая. — По древнему праву адепт имеет право на прилюдный суд, дабы равные ему были очевидцами справедливости приговора и непредвзятости судей. Наш юный друг этого, наверное, не знает в силу своей молодости, так что я возьму на себя смелость воззвать к вам от его имени. Согласны ли вы, братья и сёстры⁈
От такого поворота дела парень, надо сказать, немного прифигел. Ни о каком таком древнем праве он слыхом не слыхивал — всё же, пусть его наставники и учили его на совесть, но основное внимание они уделяли не нравам и правилам сообщества одарённых, а именно магическому искусству. Не то, что бы парень совсем уж плавал в этикете или нравах и обычаях, но знал лишь необходимый минимум. И уж точно не предполагал, что возникнет ситуация, в которой его будут судить за саботаж государственной деятельности.