А вот сутолоки на улицах оказалось преизрядно. До Леонардо-да-Винчи-плац, куда взялся подвезти меня Томас Смит, мы в итоге добирались больше двух часов. То и дело приходилось гудками клаксона отгонять с проезжей части встревоженных зевак и пропускать бесконечные колонны кативших к центру броневиков и паровых грузовиков с безоткатными орудиями и мощными гаубицами на прицепах.

Высадив меня, сыщик отправился на центральный телеграф, намереваясь оповестить о случившемся Детективное агентство Пинкертона, а я перебрался через забор во двор лавки «Механизмы и раритеты» и постучал в заднюю дверь.

Александр Дьяк открыл почти сразу; подобно большинству горожан, он в эту ночь не спал.

— Что происходит, Леопольд Борисович⁈ — встревоженно спросил старый изобретатель.

Пока хозяин лавки отпаивал меня чаем, я быстро ввел его в курс дела.

— Все намного хуже, — заявил Дьяк, выслушав рассказ о событиях сегодняшнего дня. — Много-много хуже, Леопольд Борисович!

— О чем вы?

— Идемте, я покажу! — позвал изобретатель меня за собой в заднюю комнату.

Я допил чай, вновь наполнил стакан и лишь после этого отправился в подсобное помещение. В голове стоял туман, невыносимо хотелось спать, и только крепкий терпкий напиток хоть как-то позволял справляться с сонливостью.

В дальнем углу мастерской размеренно шуршал грифелем по бумажной ленте какой-то прибор. Дьяк встал рядом и пояснил:

— Это грозоотметчик, он ничего не излучает, просто регистрирует электромагнитные колебания. Я настроил его на нужную волну, и вот, посмотрите… — Дьяк протянул мне обрывок бумажной ленты, где змеилась непрерывная ломаная линия. — Это прибор фиксировал до вчерашнего дня. Но вечером картина изменилась самым кардинальным образом!

Различия между старым рисунком и линией, которую вычерчивал грозоотметчик сейчас, и в самом деле были видны невооруженным глазом. Экстремумы остались прежними, но в середине диапазона царила полная каша.

— Они изменили сигнал, — прошептал я. — Вот почему демоны вырвались из катакомб! Когда это произошло?

Александр Дьяк принялся рыться в своих бумагах, потом хлопнул себя по лбу и достал блокнот.

— За два часа до полуночи, — сообщил он, просмотрев рабочие пометки.

— Сразу после ритуала! — охнул я и заходил из угла в угол, а потом повернулся к изобретателю. — Это не случайное совпадение! Это предательство! Не знаю, кто в движении «Всеблагого электричества» отвечает за передачу сигнала, но мы должны заставить его восстановить правильные настройки!

Александр Дьяк лишь покачал головой.

— Боюсь, все не так просто.