Узенький темный коридор привел нас в комнату с занавешенным шторой окном. Сыщик повалился на продавленный диван, а я расстегнул пиджак и опустился на заправленную кровать.

Томас плеснул из початой бутылки в грязный стакан бурбона, выпил и тут же налил снова.

— Обезболивающее, — пояснил он, откидываясь на спинку дивана.

— Покажись врачу.

— Ерунда! — разозлился сыщик, но сразу успокоился и попросил прощения: — Извини, Лев. Я последние дни сам не свой.

— Давай перейдем к делу, — предложил я. — Так почему именно Риверфорт?

Томас сделал глоток бурбона и зажмурился.

— Изначально привлекли мое внимание два момента, — сообщил он после этого. — Убивали лишь женщин…

— В газете писали, все они были проститутками.

— Писали, — кивнул сыщик. — И всем жертвам уже после смерти выкололи глаза.

— Вот как? — озадачился я, еще толком не понимая. — И что с того?

— Для ацтекских ритуалов глаза не имеют никакого значения, — уверил меня Смит, хлебнул бурбона и продолжил рассказ: — И это меня заинтересовало. Я подумал — зачем выкалывать мертвецам глаза? Что это должно скрыть? Я не верил в психопата-убийцу…

— Сиятельные! — вдруг догадался я, и по спине побежали колючие мурашки. — Все жертвы были сиятельными!

— Как оказалось — да, — подтвердил сыщик мою догадку. — С какими-то слабенькими талантами и наследственными заболеваниями, и тем не менее сиятельными. Поначалу это мне ничего не дало, но четвертую жертву обнаружили посреди пьяцца Галилео, и там не просто бросили тело. Нет — сердце вырезалось буквально на всеобщем обозрении. Так я понял, что значение имеет не только личность жертвы, но и место ритуала!

— И ты построил окружность?

— Построил, — усмехнулся Томас Смит и допил бурбон. — А еще — купил путеводитель.

— И?

— И оказалось, что на месте доходного дома на бульваре Фарадея, где обнаружили первое тело, раньше был пустырь, и в Ночь титановых ножей там убили одного из падших. И так — на всех местах преступлений по нарастающей. Один, два, три. На пьяцца Галилео было казнено уже четверо падших, а в Риверфорте…

Я вспомнил слова принцессы Анны. Вспомнил, где в ту ночь был мой дед.

— Их кровь текла рекой, — произнес я, чувствуя, как все обмирает внутри.

Томас Смит взял с тумбочки полупустую бутылку, задумчиво посмотрел на нее, но вновь наполнять стакан не стал и поставил обратно.

— Я построил окружность, рассчитал приблизительное место преступления и очень быстро обнаружил подходящее место. Риверфорт.

— А время?

— Между первым и вторым убийствами прошел месяц, следующий промежуток составил всего две недели, затем неделю. Вычислить примерное время было несложно. Я знал где и знал когда и обратился в полицию. Подробностей по телефону сообщать не стал, сказал лишь, что напал на след убийцы, и условился о встрече. Вечером того же дня меня попытались зарезать.