К концу девяностого года все наши предприятия приносили стабильный и очень неплохой доход. Особенно понравилась австралийцам тема с доставкой товаров, продуктов и еды, а нам она приносила очень большие деньги по сравнению с вложениями.
ВБТРФ перегнала все десять тунцеловов в Тихий океан и передала мне их в аренду. На эти суда мы получили квоты на вылов, на которые Правительство Австралии согласилось легко, так как почти весь тунец продавался в Австралии перекупщикам по хорошей, но не запредельной цене. Двадцать процентов уходило на рыбные биржи Японии.
Для меня рыбный бизнес был не убыточным, но и не прибыльным. Я полностью взял на себя ремонт и снабжение судов, вычитая эти затраты из дохода и оставалось ещё чуть-чуть прибыли.
Зато вполне успешно вахтовым методом работали ремонтные бригады из того же ВБТРФ, выполнявшие межрейсовое обслуживание, и наш совместный бизнес приносил моей второй любимой «конторе» реальную валюту. А это и новое судовое оборудование и качественные импортные товары для сотрудников. Так и было в том времени, только в меньших масштабах.
ЧВК «Берсерк» по договорам с правительствами Литвы и Латвии приступили к обеспечению охраны государственных объектов: Верховного Совета, телевидения, мостов, главпочтамта, госбанка и других. О чем несколько раз сообщили по республиканским телевизионным и радио каналам.
Чёрная форма с надписью на спине «Берсерк», сильно отличавшаяся от армейской или даже спецназовской. Натовские винтовки «Colt CAR-15 Commando» у литовцев вызывали трепет и недоумение.
Сами наёмники переговаривались исключительно на английском языке, а с посторонними вообще общались только жестами. Стреляли предупреждающими в воздух по любому маломальскому поводу. На охраняемой ими территории везде стояли или висели плакаты на английском и региональном: «Стой! Зона контроля ЧВК „Берсерк“! Стреляют без предупреждения!». Русские тут не ходили и литовцы с латышами сразу поняли, что это предупреждение адресовано только им.
Привлекая частную организацию к охране общественного порядка, Москва дистанцировалась от «региональных проблем», выводя себя из-под удара критики. Все случаи применения оружия против населения, а они были, расследовались местной прокуратурой, не находившей в действиях охранников состава преступления.
Однако 25 ноября 1990 года один из сотрудников «Берсерка» получил пулевое ранение в ногу. Выстрел был произведён из снайперской винтовки во время проведения массового пикета у дверей республиканской Литовской прокуратуры. Потом прозвучал выстрел в Риге. И тоже из снайперки. Пуля прошла вскользь по «сфере» и контузила охранника.