Бойцы угрюмо козырнули и ушли.
— Спартачок, как думаешь — дойдут? — с любопытством спросил майор.
— Перец, — неуверенно сказал Грошев. — Может, Перец. Он Малину вперед пустит. А там днем дрон «лепестков» накидал, я видел. Да это не проблема, вода в роте еще есть, дождевую собирали. Проблема в том, что на наш участок перебросили высотных разведчиков. Я до них не достаю, а там оптика сами понимаете какого класса. Вчера уже был первый вылет. Они нас за пару дней обнаружат, арту наведут, скорректируют и за неделю выбьют состав. Точно так, как сделали с предшественниками.
— И что теперь? — дрогнувшим голосом спросил замполит.
— Да ничего, — с философской безмятежностью отозвался майор. — Это война, Витя. Через полторы недели пришлют сюда еще роту, и все дела.
— Э, нет, у меня дети, мне вернуться надо обязательно…
— Можно достать базу высотников, — негромко сказал Грошев. — Я примерно определил ее нахождение.
— Через эфир посмотрел? — скептически спросил майор.
— Через эфир не смотрят, возмущения в эфире смотрят. Коптера сгонял. Трофейного.
— А ты и дроноводом умеешь? — неприятно удивился майор.
— Естественно. Офицер должен уверенно обращаться с любым оружием, разве не так?
Майор крякнул. В затруднении почесал заросшую щеку.
— Далеко ползти. Устану — на себе потащишь, ясно?
— Шкапыч, в этот раз ты не идешь, — твердо сказал Грошев. — Но напарник мне нужен. Пулеметчик. Это урок, понимаешь?
— Понимаю…
И уставился на замполита.
— Э-э, ты чего⁈ — заволновался тот.
— Жить хочешь? — ласково спросил майор. — Вижу, что хочешь. Хочешь, но молчишь. Не вынесем высотников — нам миндец, понимаешь? Ты коммунист? Нет? Все равно — коммунисты, вперед.
День восьмой
Сухая полынь хрустела под ногами предательски громко. Замполит представил, как жесткий стебель гнется вниз, натягивает невидимую в темноте растяжку, и ему стало дурно. Но минута летела за минутой, а взрыва не было. Он наконец сообразил, что Грошев идет первым, и если на маршруте поставили растяжку, он ее и словит. Стало немножко легче. Особенно когда набрал безопасную дистанцию. Но пришли другие мысли. Вот туранский наблюдатель отставляет в сторону кружку с горячим кофе, лениво крутит настройки активных наушников… меняется в лице и тянется к крупнокалиберному пулемету. Замполиту снова стало дурно. А если представить, что в темноте тихонько шелестит винтами убийца-дрон, которого не заметил чертов коммуняка… ну не бог же он, не безупречный! — и что захват уже раскрылся, и взрывчатка устремилась к земле…
— Не отставай! — раздался громкий и недовольный голос.