— И что с ним делать? Оставить до лучших времён, спрятать на базе отряда?
— Когда узнают остальные, кого мы прячем, это будет война, — усмехнулась Ашида. — Его выкрадут, выкупят, переманят кого-то из группы для этого. Та же Корша легко на такое пойдёт, ведь это не предательство клана. Ко всему прочему, кхм… насчёт ликвидации… когда кто-то из штабных узнает, что мы убили мужчину, то нам всем не поздоровится. А они узнают точно, поверь мне.
— Чёртов мужчина! — почти так же эмоционально, как несколько секунд назад её собеседница, выразилась Яшера и следом добавила несколько совсем уж непечатных слов. — И что теперь нам делать?
— Пока он будет с нами до утра. Завтра, перед тем, как уйти, мы ему вколем сильное снотворное. Чуть позже я свяжусь кое с кем, и его заберут из этого места в течении суток-двое.
— Кто?
— Мистресс Танаеша Ноктинола, — нехотя ответила ей командир, желающая, чтобы эта информация осталась при ней, но понимающая, что в сложившейся ситуации подобные тайны запросто превратят её союзницу в скрытого врага. — Я ей должна, причём, как командир спецотряда, о чём кое-кто из руководителей в курсе. Передав ей мужчину, я спишу все долги и даже получу активы на будущее.
— Ого! За такое по головке не погладят, если узнают. А ведь этот схрон будет засвечен, и им больше уже не воспользуешься.
— Я Полковнику сообщу обо всём, и он прикроет. Тем более, мы будем знать, где находится мужчина. Понадобится — заберём.
— Так тебе мистресс и отдала свою добычу и подарок.
— В таком случае, у криминала окажется на одну мистресс меньше, — зло улыбнулась Ашида. — Хотя я думаю, что она сама поймёт насколько чревато упираться в подобном вопросе, когда кто-то из нашего клана озвучит ей требование вернуть «подарок» назад.
«Какая-то нездоровая привычка у меня вырабатывается просыпаться каждый раз в незнакомом месте и с больной головой», — пожаловался я самому себе, когда открыл глаза в комнате, куда не понятно как попал. Последнее что понял, так это очередной укол в шею в пещере, где команда моих похитителей и убийц отряда клана Долн отсиживались половину суток после акции.
Я был раздет до трусов, уложен на мягкую кровать, накрыт легким теплым одеялом. Немного болела голова, но и только, больше ничего не доставляло дискомфорта. Голова, полагаю, болит из-за снотворного, которым меня пичкали последнее время.
Первым делом я проверил состояние рудилиевой «сетки» и едва удержался от мата и проклятий в адрес тех, кто меня так искалечил. После этого пришлось лежать несколько минут и буквально заставлять себя успокоиться.