— А вода мокрая? — шёпотом уточняю я.

Девица сверкает глазами.

— Остальные могли уцелеть? — спрашиваю, обдумывая глубину задницы, в которую мы угодили.

— Нет. Пришли уведомления о гибели соклановцев.

Не знал, что Сопряжение об этом сообщает. Понятно, почему Вальтора тогда так резво примчалась.

— Почему они вообще сложились от одной атаки? — продолжаю задавать вопросы. — Тех двоих не знаю, но Бранои, чёрт, он был крепким малым. У вас же всех должны быть защитные барьеры? Какого хера они не погасили кислоту?

Драгана молчит, тискает рукоять меча, уставившись в пустоту.

— Один из нескольких редких аспектов, которым может обладать оружие или враждебная форма жизни — это нуллификация. Свойство атак и способностей игнорировать защитные барьеры от экипировки. Не пробивать их, а полностью игнорировать, — подчёркивает она. — За оружие с подобным аспектом при продаже можно получить в десять-двадцать раз больше арканы, чем за аналогичное оружие без него.

— Нет никакого спасения? — хмурюсь, слушая эти невесёлые подробности.

— Говорят, что барьеры ступени S спасают от нуллификации, но я с ними не сталкивалась. Защитные способности на основе арканы помогают против подобных атак, но далеко не все, к тому же они должны быть высокой ступени.

Она стискивает зубы и бормочет:

— У них не было шансов.

Почти беззвучно девушка шепчет что-то, зверея на глазах. Я улавливаю только: «…снова».

— Почему разведчик не засёк ту тварь?

— Летающие монстры одни из самых неудобных противников, — переключается на меня дрокк. — А этот к тому же, похоже, обладает повышенной незаметностью. По крайней мере, на Картографе он не отображался.

— Насколько ты оцениваешь свои шансы угробить эту тварь в одиночку?

Нехотя она признается:

— Пятнадцать-двадцать процентов.

— Отлично, я как раз добавлю недостающие восемьдесят, — говорю уверенно и широко улыбаюсь, хотя внутри напряжение скручивает кишки вокруг хребта.

— Не смеши меня, — фыркает она, начиная постепенно выползать из норы.

— И тем не менее, я здесь, а два ваших Кваза — нет. Недооценивать меня — плохая привычка.

Драгана издаёт сардонический смешок и качает головой.

— Наглости тебе не занимать, землянин.

— Но у меня есть и недостатки, — привычно парирую я.

Снаружи, будто ураган бушевал. Множество стволов повалено или срезано. Часть оплыла под действием кислоты.

Мечница игнорирует разрушения и целеустремлённо идёт обратно по нашим следам.

— Далеко собралась? — спрашиваю, не отставая.

— Хочу изучить картину боя, — сухо отзывается она.

Через две минуты быстрой ходьбы с кроны развесистого дерева на нас пикирует какая-то погань[1] размером с пантеру, и я, наконец, могу её рассмотреть. Вытянутое худощавое тело с двумя парами крыльев. Длинный тонкий хвост с шипом на конце. Отвратительная продолговатая пасть, что раскрывается на три части, навевая ассоциации с каким-то моллюском. Внутри неё извиваются три серых не то языка, не то отростка для парализации жертвы.