— Пятьдесят рублей на Платона Афанасьевича! — объявил Давыдов, выпрямляясь.
Я театрально переступил с ноги на ногу, болезненно скривился и едва не упал. Даже подумал, не переигрываю ли. Однако подполковник только усмехнулся, а затем отошёл к казакам, которые уже вовсю обсуждали его неожиданную ставку. Шадрин же невозмутимо записал очередные пятьдесят рублей, хотя по выражению его лица было видно, что и он не совсем понимает, во что превращается обычная солдатская потасовка.
Лишь минут через двадцать мы наконец встали друг напротив друга. Причём несколько растерянными выглядели оба, и я, и Авсей. За это время общая сумма ставок достигла почти девятисот рублей! Даже для весьма зажиточного казака подобные деньги представлялись настоящим состоянием. А ведь всё это были не какие-нибудь обещания или расписки, а полновесные серебряные и золотые монеты, которые Шадрин под присмотром двух бойцов аккуратно складывал в кожаную сумку.
Вот что значит шальные деньги! Солдаты получали огромные суммы из захваченных трофеев и постепенно утрачивали понимание настоящей стоимости каждого рубля. Тратить богатство было практически негде, вот деньги и теряли привычное значение. Да и смерть постоянно ходила рядом. Сегодня ты богат, завтра лежишь с французской пулей в груди, а послезавтра твои товарищи делят оставшееся имущество. Так почему бы не рискнуть? Тем более когда казалось, что шансы на победу примерно равные.
— Платон Афанасьевич, деньги-то какие… — негромко произнёс Асей, поглядывая в сторону Шадрина. — Всё серебром да золотом ставили, ни единой бумажки не приняли. Великое богатство выходит!
Я посмотрел на есаула и с удивлением заметил в его глазах неподдельный страх. Только боялся он вовсе не меня и даже не возможной травмы. Его пугала сама сумма, замаячившая перед победителем. Подобные деньги способны были изменить жизнь человека, а потому ответственность за предстоящий бой неожиданно сделалась куда серьёзнее, чем мы предполагали.
Признаться, что-то похожее попыталось поселиться и в моей голове. Но я всё-таки был человеком из будущего, причём далеко не бедным. Миллион, а то и десять миллионов рублей в прежней жизни не представлялись мне чем-то совершенно недостижимым. Конечно, здешние девятьсот рублей по покупательной способности были огромными деньгами, но всё же я привык относиться к богатству несколько спокойнее. Тем более что сейчас куда больше беспокоился о том, как бы не опозориться перед собственными егерями.
Я осторожно размял плечи, несколько раз сжал и разжал кулаки, после чего приблизился к противнику. Земля под ногами была сухой, местами вытоптанной до пыли, а вокруг нас уже стояло несколько сотен человек. Кто-то забрался на телегу, другие устроились на сложенных брёвнах, а самые нетерпеливые пытались протиснуться поближе. Давыдов наблюдал за происходящим с откровенным интересом, время от времени переговариваясь с казаками.