Но как оказалось, у местных уже была разработана контр-тактика. Вперёд выбежали несколько человек с увесистыми девайсами в руках, похожими на огнемёты из моей памяти. Но извергали они не пламя, а какой-то газ. И в этом газу шершни сразу теряли ориентацию, начинали мотаться в воздухе туда-сюда, а потом и вовсе падали на землю.

Избавившись от них, наёмники перебили всех «мечников».

Когда бой закончился, одни начали оттаскивать раненых к зданиям и палаткам, а другие… давить шершней. Десяток мужиков (и пара девушек) бегали по полю и остервенело топали ногами, расплющивая валявшихся насекомых. Кажется, я понял: этот газ не убивает их, а усыпляет. Поэтому после битвы надо их сразу передавить, а не то потом проснутся и доставят ещё проблем.

— Слаженно работают, — прокомментировал Виг. — И если кто не знает: этих тварей называют меченосцами. Уверен, скоро мы повидаем и другие виды.

— А их тут много? — спросил я.

— Ну да, инсектоиды — они разными бывают. Меченосцы, сколопендры, летуны, шершни, ядобрюхи… Я и сам всех наизусть не помню.

Первым делом мои спутники единогласно решили «промочить горло» и пошли в заведение, называемое баром. Там продавался… алкоголь. Да, тот самый, которым община Леонида нажиралась на пирушке. Цвет и запах был немного другой, но суть, как я понял, та же самая.

Стоил он некисло — аж по 30 фрагментов за кружку (т.е. втрое дороже магазинской воды). При том, что жидкости в кружке было вдвое меньше, чем воды в бутылках. Тогда получается, что цена вообще ×6.

— Да чё ты сомневаешься, Рахт, — обратился ко мне Виг. — Бери, не пожалеешь. Хватит только о белках и калориях думать, надо иногда и удовольствие от жизни получать. Поверь, это пойло стоит каждого уплаченного фрагмента.

Так-то я сейчас не бедствовал. Монстры в пустошах встречались по несколько раз на дню, а магазинов не было, и тратить фрагменты было некуда. Так что к этому моменту фрагментов у меня скопилось три сотни.

Но я всё равно отказался и попросил простой воды. Я в курсе, что эта штука поднимает настроение. Но в то же время притупляет бдительность. А я нахожусь на незнакомой территории, где действуют незнакомые мне порядки и правила. Поэтому хочу сохранить ясность ума.

— Пятнадцать «эфпэ», — сказал бармен, поставив передо мной бутылку с водой.

— С хрена ли пятнадцать? — не понял я. — В магазине она десятку стоит.

Мужик посмотрел на меня, как на особь с низкими интеллектуальными способностями.

— Пять за то, что доставили её сюда из магазина. Не нравится — шуруй сам в магаз.

Разумно. Эй, память, как это называется?