Раиль видит, как дрожь пробегает по моим плечам. Мужчина подходит вплотную. Его ладони ложатся мне на предплечья, он начинает медленно массировать. Жар. Невыносимый, пронизывающий от его ладоней разливается по всему телу. Его пальцы словно вплавляются в мою кожу.

Я вздрагиваю всем телом, и тихий стон вырывается из моих губ. Мурашки бегут по коже, от гиперчувствительности. Я инстинктивно скрещиваю руки на груди, но Раиль ловит мои запястья. Он разводит мои руки в стороны.- Я же сказал, - Раиль хмурит брови. - Не надо.

Мужчина не отпускает мои запястья. Вместо этого его большие пальцы начинают медленно, медитативно, описывать круги на тонкой, нежной коже внутренней стороны. Там, где так ясно виден рисунок вен, где пульс бьётся, как сумасшедший. Каждое прикосновение - это разряд тока, прямой, неослабевающий, который бьёт в низ живота, в самое ядро. Я чувствую, как там всё сжимается, становится тяжёлым, горячим, пульсирующим. Я чувствую влажность, которая не имеет ничего общего с талым снегом. Эмиль молча наблюдал всё это время. Теперь он делает шаг вперёд. Его грудь почти касается моей спины. Я чувствую тепло его тела даже через футболку. Он не прикасается ко мне сразу. Просто стоит, дыша мне в затылок. Его дыхание ровное, глубокое, и от это звука по моей спине пробегает новая волна дрожи.

- Всё ещё дрожит, - произносит Эмиль, и его губы, касаются края моего уха. - Надо греть лучше И тогда его руки ложатся на мои плечи. Большие, тяжёлые. Эмиль начинает разминать мышцы. Сначала осторожно, потом всё сильнее, грубее.

Его пальцы впиваются в узлы напряжения у основания шеи, разминают их. Боль смешивается с наслаждением, и ещё один стон, уже громче, вырывается из меня. Я откидываю голову назад, и она оказывается на плече Эмиля. Раиль наблюдает за моим лицом. За тем, как закатываются глаза, как губы разомкнуты в беззвучном крике. Его взгляд темнеет.

Мужчина отпускает одно моё запястье. Его рука поднимается к моему лицу. Он проводит костяшками пальцев по моей щеке, по скуле, затем большим пальцем касается моей нижней губы. Раиль наклоняется. Его губы прикасаются к моим. Лёгкое давление. Но эта нежность обман. Ловушка. Потому что в следующее мгновение его рот раскрывается, и поцелуй становится другим. Властным. Глубоким. Всепоглощающим.

Это поцелуй хозяина, забирающего своё. Я отвечаю. Не могу не отвечать. Мой рот открывается под его натиском, мой язык встречается с его.

Вкус его зимний воздух, что-то тёмное, неуловимо мужское заполняет меня. Я тону в этом вкусе, в этом ощущении. И в это же время руки Эмиля на моих плечах не останавливаются. Они скользят вниз, по моим предплечьям, потом возвращаются, чтобы обхватить грудную клетку, почти касаясь нижней линии груди. Я зажата между двумя видами обладания, агрессивным, поглощающим спереди, и тихим, удерживающим сзади. Контраст сводит с ума.