А потом мужчина наклоняется. Мир сужается до точки, до жара его губ на моих. Его рот горячий, влажный. Невероятно требовательный.

Раиль двигается резко, жёстко, заставляя мои губы разомкнуться под его натиском. Внутри всё проваливается, а потом взрывается фонтаном ослепительного жара. Я обмякаю. Ноги становятся ватными, колени подгибаются, и только его руки удерживают меня от падения. Всё тело звенит, как натянутая струна. Огонь поднимается по телу, влажный, пульсирующий где-то из низа живота. Раиль Целует меня так, словно пытается выпить душу. Глубоко, безжалостно, с каким-то рычащим звуком у него в груди, когда я пытаюсь слабо отстраниться, чтобы вдохнуть.

Раиль не даёт. Его язык исследует мой рот, завладевает им, диктует свой собственный, дикий ритм. От этого в голове мысли расползаются. Я слышу только стук собственного сердца в ушах и его тяжёлое, ровное дыхание.

Рука, что сжимала мою ладонь, разжимается, но лишь для того, чтобы переплести наши пальцы в тугой, неразрывный замок

Раиль прижимает нашу сцепленную ладонь к своей груди, и сквозь толстую ткань куртки я чувствую бешеный ритм его сердца

Оно бьётся так же часто, как моё. Это осознание, что и он не спокоен, что и он выведен из равновесия, вызывает новую волну жара, ещё более сильную.

Вторая его рука скользит по моей спине, прижимает меня к нему так плотно, что я чувствую каждую твёрдую мышцу его тела, каждый изгиб.

Между нами нет воздуха, нет мороза. Нет ничего, кроме этого всепоглощающего огня. Я задыхаюсь. От поцелуя. От него. От самой себя.

Мои руки оживают: одна остаётся в его руке, другая вцепляется в его плечо. Раиль отрывается внезапно. Резко. Воздух врывается в лёгкие ледяным, обжигающим порывом. Я захлёбываюсь, падаю лбом ему на грудь, дрожу всем телом. Дышу часто-часто, ртом, и пар вырывается клубами, смешиваясь с его дыханием

Мир вокруг плывёт. Его щека прижата к моей голове. Я чувствую жар его кожи СКВоЗЬ ВОЛОСЫ.

- Ты решил снегурочку совсем заморозить?

Голос Эмиля раздаётся неожиданно, чуть сбоку, и я вздрагиваю. Мужчина идёт к нам по снегу, руки в карманах куртки, шаги длинные, тяжёлые. Снег хрустит под его ботинками, будто подчёркивая каждый шаг. Эмиль смотрит на нас с интересом, чуть прищурившись.

Я всё ещё стою слишком близко к Раилю. После поцелуя в теле будто остался след. Ощущение жара, не успевает выветриться.

Щёки горят, губы покалывает, в груди тесно, как будто внутри что-то разлилось.

Жар словно впитался в кожу, в грудную клетку, в живот, и теперь контраст с холодным воздухом делает ощущения только острее.