Я не выдержала и повернулась спиной к залу, краснея до корней волос, чувствуя, как декольте костюма вдруг стало тесным, а кожа под ним покрылась мурашками. Шампанское в бокале забурлило от моей дрожи, и я сделала глоток, чтобы скрыть смущение.
Все, решено. Через час я точно уеду отсюда домой. Иначе Аня еще что-нибудь мне наговорит.
Я едва успела отвести взгляд от бокала, как к нашей группе подошел еще один коллега — Сергей из IT-отдела, высокий парень с растрепанными волосами и румянцем на щеках, явно от выпитого. Его костюм — нелепая пародия на супергероя, с плащом из фольги и маской, сдвинутой на лоб, — болтался на нем мешком, а походка была шаткой, но полной энтузиазма. Он нес в руке два бокала с чем-то пузырящимся, и аромат алкоголя витал вокруг него.
— О, Сезова! — воскликнул он громко, его голос эхом отозвался в зале, перекрывая музыку, и глаза блеснули пьяным восторгом. — Ты... ты выглядишь как настоящая снежная королева! Или Снегурочка? В общем, чертовски сексуально! — Он протянул мне один бокал, его пальцы случайно коснулись моей руки, и я почувствовала жар его кожи, смешанный с холодом шампанского. Внутри меня что-то екнуло — не от его комплимента, а от того, как его взгляд скользнул по моему декольте, задержавшись дольше, чем следовало, и я ощутила, как тело реагирует мурашками, но не от желания, а от неловкости, усилившейся с каждой секундой.
Анна, стоявшая рядом, хихикнула тихо, ее плечо прижалось к моему, добавляя тепла и поддержки.
— Ого, — сказала она игриво, беря второй бокал из его рук и подмигивая, — да вы мне напомнили одного моего бывшего. Он был такой же джентльмен. Продолжайте, нам всем очень интересно.
Сергей, не заметив сарказма, заржал громко, его дыхание с запахом виски обдало меня, и он шагнул ближе, слишком близко, так что я ощутила его тепло сквозь тонкую ткань платья.
— Слушай, Сезова, — пробормотал он, наклоняясь, его голос стал ниже, но все еще пьяный и неуклюжий, — мы с тобой всегда были... ну, ты знаешь, коллегами. Но сегодня, ты… Может, потанцуем? Или уйдем отсюда? Я обещаю, будет весело. — Его рука легла на мою талию, легкая, но настойчивая, и я замерла, чувствуя, как сердце колотится от смеси раздражения, что поднимается в душе. Я и сама любила выпить, но не до такого состояния.
Я едва успела оттолкнуть Сергея — его рука все еще лежала на моей талии, горячая и назойливая, вызывая волну раздражения, смешанного с темным возбуждением от его смелости, — как вдруг со стороны зала раздался низкий, недовольный голос, резкий, как удар хлыста в тишине ночи: