— Ты мне нравишься, — вдруг сказала ты.

— Ты знаешь мой ответ, — мгновенно ответил я.

Ты снова улыбнулась и отвела взгляд. Я смотрел на твоё лицо: чистое и нежное. Моими поцелуями была покрыта вся твоя правая щека накануне. Я был влюблен, но молчал; я был сам не свой. Хотелось закрыться от дневного света, хотелось спрятаться от тебя под одеялом. Лежать и молчать, уткнувшись лицом тебе под ребра. Злые мечты. Реальность всегда так паршива, особенно с наступлением утра. Но мы отменим её, убьём её, превратим в злую выдумку назло всему миру, всем Вселенным.

— Обними меня, — попросила ты.

Я обнял тебя сзади, и мы лежали так до самого вечера, перемешивая чувства со сном, а сны с горьким привкусом завтрашнего дня.

После этой сцены прошёл месяц. Сложный, готовый быть брошенным, как трудный неуправляемый ребёнок своей слабой матерью. Тяжёлый был месяц. Он был переполнен криками, скандалами, слезами. Внутри меня была снежная вьюга и мёртвое затишье; кромешная тьма и ослепляющая явь; хамоватая беспризорность и щепетильное пристанище.

Я говорил самому себе: «Охладись». Я твердил и вслух, и про себя, что нужно перестать уделять тебе так много внимания, не получая ничего взамен. Я доверчиво звонил, а ты напропалую бросала трубки. Ведь так можно свихнуться, говорил я себе. Всё это — пустое. Ничего не стоящее. Время в никуда. Не то что время, а в целом — потерянные эмоции, готовящиеся к самоубийству. Любовь очень похожа на озоновый запах после летнего дождя — непременно растворяется, не оставляя ни следа.

Никто не замечает, как наступает осенняя слякоть по колено.

Погрязнешь в ней, задохнёшься и подохнешь.

Но всё мимо. Всё равно что разговаривать с глухим. Бессмысленная затея. Как же приятно закапывать самого себя, всё глубже и глубже. Очухаешься только тогда, когда грязная земля начинает забиваться в дыхательные пути.

Будет поздно, будет поздно, будет поздно…

Чёрт бы меня побрал. Я смотрел на закат и думал о твоём лице. Мелькали здания, билборды, тротуары, автомобили, одежда, еда, птицы и скамейки. Всё это проплывало перед моим размытым взором, а я думал только о тебе. Идиотизм.

Мы дошли до финала. Я зашёл на сайт по психологической консультации.

— У меня проблема, — начал я. — Я влюбился в девушку и думаю про неё всё время. Порой мне кажется, что ещё чуть-чуть, и я застрелю её. Меня всегда интересовала таксидермия, знаете ли… Я, действительно, очень часто думаю о совершении преступления в отношении её.

— Это любовь, не переживайте, всё образуется, — ответили мне.

Спасибо.

Нет, правда спасибо. Значится, я — нормальный; значится, я — здоров.