– Безоблачной ночи, милорд, – попрощался Бор.

– И тебе, друг, – ответил Штефан. – И тебе, – медленно добавил, глядя на закрывшуюся за десятником дверь.

Что-то было не так. С ним. Что-то происходило, чего он не мог понять, но чувствовал, как настороженно замер зверь, как ширится в душе незнакомое и непривычное чувство, как поднимается изнутри нечто, чему он не мог дать определения. А потом перед глазами возникла яркая белая вспышка, и зверь заскулил, как щенок – радостно и в то же время испуганно.

Сердце забилось так часто, что Штефану с трудом удавалось дышать, а перед глазами все плыли яркие разноцветные круги, увлекая его в какой-то невероятный магический танец. Кружилось все: комната, мебель, шторы, книги… И он сам кружился, втягиваемый в сверкающий водоворот. Сознание ускользало, и как он ни пытался ухватиться за реальность, радужные круги подхватили его, спеленали по рукам и ногам и утянули в безвременье.

***

Илинка

В столицу мы прибыли на рассвете.

Когда портал перенес нас с арнами в Главную портальную Олендена, я не смогла сдержать вздох удивления. Раньше мне доводилось слышать о роскоши и богатстве главного города империи, но я даже представить не могла, насколько они велики. Магический порт, которым могли пользоваться только самые знатные имперцы, был украшен золотом и изумрудами, а кристаллы, служащие для переноса, сверкали сильнее самых драгоценных камней.

– Дариллий, – видя мой интерес, пояснил Эйзер. – Редкий и дорогой камень, добываемый только в Варнии. Именно из-за него столько лет шла война.

– Выходит, утверждение о том, что Варния вероломно напала на империю – ложь?

– Конечно, – кивнул идущий рядом Хант. – Выдумка политиканов. Видите ли, миледи, в основе любой войны всегда лежат низменные интересы. Но они ведь слишком неприглядны, а потому их обязательно лакируют какой-нибудь красивой идеей.

Он взял меня под руку, склонился к моему лицу и тихо добавил:

– Только об этом никто не говорит вслух, миледи. Понимаете меня?

– Я не из говорливых, лорд Хант, – улыбнулась в ответ.

– Да, я заметил, – кивнул тот, помогая мне спуститься со ступеней.

В столице было по-летнему жарко. И солнце светило так ярко, что я, выйдя из здания порта, поневоле зажмурилась, а когда открыла глаза, увидела перед собой мужа и почувствовала, как радостно забилось сердце. Он пришел! Штефан ждал меня и пришел встретить!

– Миледи, – мне достался короткий официальный поклон, но взгляд, что не отрывался от моего лица, сказал мне все, чего не смогли бы заменить и тысячи слов.

– Милорд, – я ответила кнессом, и моя рука тут же оказалась в ладонях мужа. Солнце засияло в душе, и я замерла, купаясь в тепле такого долгожданного прикосновения, радуясь, что мы со Штефаном снова вместе и теперь, когда проклятие снято, его зверь больше не будет меня ненавидеть...