— А почему ты занимаешься здесь, а не у себя? — снова спросила она меня, таким же тихим голосом.

— Просто здесь мне удобнее. Тут тихо, спокойно и всё настраивает на учёбу, — пояснил я, снова оторвав взгляд от страницы на голограмме.

— Я тебе мешаю, да? — спросила она, опустив взгляд, и добавила, не дожидаясь моего ответа: — Прости, я сейчас уйду!

Селеста прошла к выходу, а затем остановилась, как будто в чём-то сомневаясь. Потом она решительно развернулась и, подойдя ко мне, вдруг спросила громким голосом:

— Хочешь, я тебе помогу? Я ведь хорошо учусь! Меня всегда хвалят!

Я посмотрел на неё, во всей её позе читалась какая-то решительность, и ответил:

— Я же уже сказал, что не буду списывать! Мне нужны собственные знания!

— Нет! Я не это хотела сказать! Я хочу помочь тебе разобраться! Ты ведь уже минут пять смотришь на эту схему!

Я действительно никак не мог сообразить, в чём тут дело, и помощь мне бы не помешала, но всё же я спросил:

— Селеста, зачем тебе это? Зачем тебе мне помогать?

Она посмотрела на меня как-то беспомощно, потом взгляд её заметался по аудитории, и наконец, упёрся в стол.

— Потому что, ты заступился за меня… — ответила она, всё так же тихо. — Никто за меня не заступался, а ты заступился.

— Понятно. Но ведь это не помогло! Совсем! Ты ведь до сих пор убираешься после занятий!

— Это неважно… Ты хотя бы попытался… Остальным вообще всё равно, — Селеста подняла на меня взгляд и добавила: — Давай я лучше объясню тебе эту схему! Вот здесь самое важное место. Если принять его за…

Она начала рассказывать и объяснять, и до меня наконец дошло, в чём тут дело! Селеста пододвинула стул к моей парте и просидела со мной до вечера, объясняя мне самые сложные места.

Так теперь стало повторяться каждый день. После уборки мы с Селестой усаживались рядом и она со мной занималась. Получалось у неё очень хорошо. Кажется, у неё был просто талант к обучению. Но самое главное, она стала помогать мне и с практикой тоже. Тут у меня был совсем завал. Если теорию я ещё более-менее освоил, то на практике у меня всё получалось гораздо хуже.

Мы с Селестой по вечерам забирались на одну из малых арен, и я пытался сделать всё, что нам задавали.

Хуже всего дела мои обстояли с вызываниями всяких элементалов. Похоже, у меня вообще не было в этом никаких способностей. Но без вызова хоть какого-нибудь даже самого мелкого стихийного духа зачёта по вызываниям мне было не видать, как своих ушей.

Каждый вечер я пытался освоить это умение под чутким руководством Селесты, у неё вызовы духов земли получались легко и непринуждённо. А вот я не мог вообще ничего вызвать, как я ни старался. Меня этому и в Одинцовке не учили, там вызовы элементалов преподавали только на старших курсах. В общем, я мучился уже третий день и никак не мог понять, что же я делаю не так? В конце концов, Селеста сказала: