Или он так дает мне понять, что для мотивации ему одного кнута не достаточно, необходимо добавить вкусный пряник? Только странно, что прямо об этом не говорит. Скромность — не его черта. Значит сам еще не решил, что для него выгоднее.
Я тут же прикинул, нужен ли Шафирову карманный начальник ОБХСС или у него другая креатура на эту должность? И сам же ответил, что если бы это было так, то этот человек участвовал бы в операции по дискредитации Цепилова, а я бы полковнику был не нужен. Так что нет у Шифирова своего человека в ОБХСС. Хотя, конечно, странно это.
Предположение-то у меня возникло, вот только давать такие обещания не мой уровень. Да и Ситников не поверит тому, кто в системе лишь третий месяц. В общем, придется обговаривать ситуацию с Шафировым.
Но заканчивать встречу на той же самой позиции, с которой ее начали было нельзя, ведь человеку, тем более такому, как Ситников, который во всем ищет для себя выгоду, нужно хотя бы намекнуть на возможные перспективы.
Так что я наклонился к сидящему напротив меня инспектору и проникновенно произнес:
— Сам должен понимать, дело о снятии с должности начальника городского ОБХСС выйдет громким. Всех причастных ждут награды и продвижение по службе, а вот в отделе начнутся чистки. И людей Цепилова первыми попрут из органов.
Ситников молчал и по его лицу невозможно было понять, в какую сторону после моего прозрачного намека качнулся маятник.
Тем не менее, распрощались мы нормально. Он пообещал докладывать обо всем подозрительном и вообще быть на связи.
Провожая гостя, я услышал приближающийся голос Курбанова и поспешил закрыться. Но это не помогло.
— Чапыра, я тебя видел! — дверь от удара содрогнулась.
— Что за непруха, — пробормотал я и провернул замок в обратную сторону. — Руслан Тахирович, рад вас видеть в добром здравии.
— Где раскрытые дела⁈ — не повелся он на мое показное радушие. По-хозяйски прошел в мой кабинет, пытливо огляделся и, не приметив ничего интересного, развернулся ко мне. — Кто мне обещал довести количество раскрытых дел до десяти? — вообще-то не я, но ему же не объяснишь. — Где еще три дела? Чтоб до понедельника были! И не смей сегодня уходить домой пока результат мне не покажешь!
Я беззвучно выматерился ему в след и вновь запер дверь.
— Да пошел ты, — выплеснув негатив в той форме, которая мне была доступна, я все же подошел к сейфу и вытащил из него дело о поджоге многоквартирного дома.
Бросил взгляд на пустующее место помощника и вновь выматерился. Договаривались в двенадцать в Отделе встретиться, на часах половина третьего, а Мамонтова все нет, хотя производил впечатление обязательного человека, да и Шафиров его расхваливал.